Книга Вождь орков. Уплата долга, страница 6 – Тина Шеху

И самое ужасное я чувствую смутное, глухое тепло внизу своего живота. Моё тело реагирует на грубую силу, на животную доминантность. Меня от этого тошнит.

Я не хочу. Но хочет он.

— Долг… — выдыхаю я, пытаясь отвлечь и его, и себя. — Выплачен? Мой народ… им уже лучше?

Ошнар издает короткий, похожий на лай смех. Его рука скользит к моей груди, сжимая её так, что становится больно.

Я ахаю, пытаясь отшатнуться, но он держит меня легко, почти не прилагая усилий.

Терпеть... надо чуть-чуть протереть, узнать, что с королевством, а потом ударить врага по длинным зубам.

Если боги смилостивятся, то клыки поломаются, а я сбегу.

— Твой долг?— он наклоняется ко мне, его дыхание пахнет мясом и специями. — Твой долг только начинается, девочка. Ты заплатила за то, чтобы у них был шанс. Чтобы мор отступил. А выздоровеют ли они… это зависит от того, насколько хорошо ты будешь служить.

Его слова, как удар ножом. Значит, нет гарантии. Виктор мог соврать? Нет, лорд никогда не обманывает, никогда не ошибается. Раз он сказал, что я должна потерпеть с месяц, то я выстою. Чего бы мне это не стоило.

Орочья рука теперь лежит на моей груди, и я понимаю, что во мне зарождается возбуждение. Чужеродное, неестественное и безумно мощное. Оно пульсирует где-то глубоко в орке и отзывается мерзким эхом во мне.

И Ошнар удивлен этому? Он не ожидал, что тело человеческой девушки может вызвать у него что-то, кроме презрения? Это удивление я чувствую так же четко, как и его пальцы, сжимающие меня.

— Грудь маленькая, — бормочет он, как бы оправдываясь перед самим собой. — Но упругая. Человеческие самки… интересны.

Другая его рука опускается ниже, скользит по моему животу, прижимается ладонью к самому низу.

Я замираю, в глазах темнеет от смеси ужаса и позорного возбуждения. Он чувствует всю дрожь моего тела, каждое предательское биение сердца. А стучится о рёбра оно дико.

— Бедра узкие, — продолжает Ошнар свой осмотр, его голос становится хриплым. — Рожать будет больно. Если вообще выживешь.

Ах?

— Рожать? У меня нет мужа, — выдавливаю из себя сиплое возражение.

Но в ближайшее время мне следует озаботиться этим вопросом. Если отец... если с папой...

Мне нужно будет быстро выходить замуж, чтобы посадить на престол нового короля.

— Мужа? Хах, ха-ха-ха.

Что его так веселит?

Рука внизу живота надавливает куда-то между бёдер.

Ой. Меня дергает, как от удара, а таз сам уходит назад, пытаясь избежать прикосновения.

— Думаешь, туда может трахать только муж?

Боги!

Орочьи пальцы каким-то образом ловят меня, возвращают бёдра на место и лезут глубже, задевая какие-то косточки.

Ошнар испытывает смешанные чувства: жар, удовлетворение и вновь удивление.

— Трахать, девочка, может, кто угодно. Я могу трахать, Гром может трахать, даже варг может трахать, — голос Ошнара становится тише, сам орк наклоняется к уху. Его клык задевает прядь моих волос. — Но тебя трахать могу только я. Я не муж, но ты моя.

Я тихо похрипываю от предвкушения неминуемого.

Орк вжимается грудью в мою грудь. Его пальцы уже, кажется, везде. Он... он собирается «трахать» меня?

— Не надо...

— Почему?

— Я не хочу...

По виску стекает капля пота.

Что я могу сделать с орком? Как его оттолкнуть, если я слабее?

И он ведь знает, что я испытываю страх и лютое отвращение! Почему же только сильнее жмётся и надавливает?