Онлайн книга «Искатель, 2011 № 07»
|
Странное дело: что это за русский терроризм, каковы его корни? Конечно, хозяева за последние двадцать лет довели страну до полного разрушения. В Москве, где Глеб иногда бывал, жизнь выглядела цивилизованной, но Москва — это всего лишь потемкинская деревня. Краснодарский край, некогда богатая житница Союза, теперь снова превратился в дикую степь, какая была здесь во времена Тмутаракани. Немудрено, что появился наконец русский террорист, который собирается вырастить ядерный гриб в этой голодной степи, чтобы заявить таким образом о себе. Какими бы ни были его цели — заступиться за обездоленный народ, вернуть награбленное и прочее, — метод он выбрал, мягко говоря, чудовищный. Чем виноваты сотрудники АЭС и жители ближайших селений? Кто поверит такому «русскому террористу», кто пойдет за ним? Лара тем временем сидела на матрасе и рассматривала обе дудки, свою и Зонгара. Она приложила их кушам и покачала головой: — М-му! Вдруг помрачнела, бросила руки на бедра, крепко сжимая дудки в кулачках. Глеб понял, что это дурашливое «М-му!» заставило ее подумать о погибшей своей родине. Лемурия. Континент Му. Получалось, что в его гибели сыграла далеко не последнюю роль сама Лара. И живет неведомо сколько лет с этой виной... — Лара, — позвал ее Глеб. — А что могут делать эти дудки, кроме как приносить еду? Может быть, мы сумеем с их помощью выбраться отсюда? Девушка покачала головой: — Дудки — это просто походные игрушки, подарки Джинна. Могут принести еду и табак, смену белья, развести огонь. — Электричество для моего мобильника? — Нет, разумеется. — Топор, кирку и лопату? — Да. Копье, лук со стрелами... Все это можно. Только вот стражник бродит вокруг строения. Да и пока мы будем делать подкоп, думаю, все разрешится. Самое большее — продержат нас тут до утра. — А разве во времени ты бродишь не с помощью дудки? — Нет. Путешествие — это усилие мысли. — Можешь ли ты переместиться на несколько часов назад и предупредить себя саму, что свинарник — это ловушка? — Нет. В одном и том же времени не может существовать сразу две меня. — Хорошо. А оставить самой себе записку? Например, возле той скирды? — Могу, только зачем? — Чтобы выбраться отсюда! — А оно нам нужно? Ведь мы же сами шли к Зонгару, сами искали его. Вот и нашли. — Да не от Зонгара я хочу уйти, и не от Доцоева даже! Я думаю, что этот человек хочет испытать разрушительную силу Джинна прямо здесь. Надо срочно связаться с людьми. Эвакуировать, что ли, всех из этой местности... Нет, бредовая идея, тут же подумал Глеб. Допустим, они доберутся до ближайшей воинской части, милиции, блокпоста... Что он скажет каким-то людям, вполне вменяемым? Что знает место, где окопался Доцоев? Хорошо. Но Зонгар может выпустить Джинна в любую минуту. Тем более если сюда заявятся солдаты. Но убедить кого-то в реальности Джинна — далеко не лучшая мысль. — Ладно, — сказал Глеб, — утро вечера мудренее. Я, между прочим, уже голоден. Лара достала продукты из серенького пакета и разложила их на краю матраса. Пакет был самый обыкновенный, с рекламой детского питания. И эта узнаваемость, как и далекий гул пролетающих самолетов, наводила на Глеба уныние. — Неспроста сей скудный ужин, — проговорила Лара, прожевывая бутерброд от террористов. |