Онлайн книга «Искатель, 2011 № 07»
|
Спать, спать, все в порядке, все объяснимо, естественно... Но... Глеб вновь откинул одеяло и уставился в потолок. Пусть все так, но почему строители все же не уворовали из склепа более ценные и мелкие, чем скифская баба, предметы? Ну, ерунда... Там было темно. Часть предметов была уже занесена песком, это сейчас они как на ладони, например, лекиф... Глеб вздрогнул: сон как рукой сняло. Арибаллический лекиф! Хорошо, чисто дамский предмет, древние строители просто могли не обратить на него внимания: кому тогда был нужен старый сосуд для благовоний, бабская игрушка? Но Лара! Почему она унесла из раскопа только монету и больше ничего. Ведь такой лекиф стоит на черном рынке немногим меньше золотой монеты. Почему Лара не взяла в склепе ничего, кроме этой монетки? Ведь она — черный археолог, а в раскопе были гораздо более ценные для нее вещи. Глеб стал думать об этой девушке, уже и впрямь засыпая. По выговору и словечкам — явная одесситка. Дерется, как профессионал. Неужто черные археологи столь серьезно подходят к своей профессии, что занимаются спортом и изучают боевые искусства? Уже в полубреду-полусне он вдруг соединил образ того, кто потерял монету, с тем, вернее — с той, кто ее нашел. Оба были черными археологами, один — современный, другой — древний. Оба не взяли в склепе ценности, которые буквально смотрели на них. Лара взяла только монету. Тот, давно переваренный матушкой землей, не взял ничего. Возможно, они оба искали что-то одно — искали, но не нашли. 9 Утром Глеб пошел в станицу пешком. Одно дело проехать краем поселения на незарегистрированном мотоцикле, не имея водительских прав, на раскоп и обратно, другое — показаться на центральной площади, перед зданием администрации, где всегда торчит дорожная служба, тормозя за превышение скорости транзитные грузовики, чтобы получить с них своеобразную дань за проезд. Всех этих татаро-монголов Глеб знал, и они знали его. Старенький «Урал», между прочим, был из списанных милицейских, он стоял в саманном сарае экспедиционной хаты. Прежняя экспедиция пользовалась им нелегально, а Глеб, приняв мотоцикл в наследство, починил его. Обо всем этом прекрасно знали в милиции, и археологу ясно дали понять, что в любой момент могут схватить его за шкирку и вытащить из седла. Все это мелкие, ничтожные, никчемные игры провинции. Мотоцикл был якобы одним из рычагов, которым администрация воздействовала на пришлого молодого специалиста... Ну вас. Хожу пешком. Он убеждал себя в том, что ищет Лару именно из деловых соображений: ему-де необходимо знать, быть точно уверенным, что в окрестностях не орудует какая-нибудь шайка нелегальных копателей, безбашенный шалман из Одессы-мамы, чтобы его орлы могли работать спокойно и так далее. На самом деле Глеб просто хотел еще раз увидеть эту девушку. Говорила она весьма примитивно и могла сойти за посредственность, которых на свете немало. Уж лучше молдаванка. Но Глеб хорошо помнил ее глаза. Это были глубокие, внимательные, полные ума и печали глаза. И что-то еще исходило от нее, Глеб не мог объяснить этого словами. Сияние, да и только. Он зашел на станичный базар и быстро отыскал нужного ему человека. Это был Щерба, хорошо известный на Тамани казак, который, как Глеб неоднократно убеждался, знал все и даже более того. Щерба покрутил черный ус, подумал, сплюнул и сказал: |