Книга Искатель, 2011 № 08, страница 82 – Журнал «Искатель», Николай Новиков, Ирина Комиссарова, и др.

Мы с Сырником сидели в его «копейке» и посматривали в бинокль на офис. Машина стояла примерно там же, где и моя «Ауди» два дня назад, и вид из нее открывался все тот же. В офисе и во дворе кипела бурная жизнь — въезжали машины, выезжали, выбегали из здания сотрудники, вбегали, иногда — степенно входили и выходили, наверное, это были не сотрудники, а партнеры или руководители компании.

— На хрена ты сказал Артемову, что мы будем следить за Геком? — недовольно спросил Сырник.

— Он сообщил нам кое-какие сведения, без них мы бы не поняли, на месте Гек или нет.

— Тогда нужно было поручить это дело ему. Он же бизнесмен или кто, е-мое? Имеет своих людей, охранников, вот пусть и работают, ищут его жену! Какого хрена он сидит и ждет... С такими-то бабками?

— Его люди и машины тут, скорее всего, известны. Кроме того, должен быть звонок с какими-то условиями.

— А мою тачку не знают, да?

— Будем надеяться, что ее упустили из виду. Но ты можешь в любой момент выйти из игры и поехать домой или на дачу к любимой теще.

При упоминании о теще Сырник болезненно поморщился и замолчал. Время близилось к семи, накрапывал дождь, и вечер был похож на продолжение хмурого дня. Роман сказал, что Ярмонов задерживается в офисе до девяти, значит, ждать еще и ждать. На что я надеялся? После того как Гек проводит босса домой, может заняться решением проблемы Марьяны. Он был на даче, он участвовал в этой игре самым активным образом. А если босс поручит, может и раньше поехать туда, где держат девушку, и приведет нас к ней. Но это — если мне повезет, на что я, честно говоря, не рассчитывал. Но как бы там ни было, нужно было ждать.

— «Ярнефть»... недовольно пробурчал Сырник. — Понимай — нефть Ярмонова. Слышь, Корнилов, а де наша нефть, а? В смысле — моя, твоя, тещина?

— Мне она ни к чему.

— А им нужна, да? Чтобы огромные бабки иметь? Я лично не против этого, как и ты. Ну так де наша нефть, а? Все были равные, все было народное, а теперь у одних нефть и миллионы, у других ни хрена. Это же несправедливо.

— Мир вообще устроен несправедливо, — сказал я.

— Да я это понял. Знаешь, вспомнил старый анекдот. Приезжает одессит в Ленинград, смотрит, а там, под названиями магазинов указано «Ленмясо», «Ленрыба», «Ленмолоко». Он подумал и сказал: теперь понимаю, почему в Одессе ни хрена нет. У нас же эти организации звучат, как «Одерыба», «Одемясо», «Одемолоко»? В смысле — а де молоко?

— А де твоя нефть, я не знаю, — сказал я. — Надо было бизнесом заниматься.

— Может, подскажешь, как? — ехидно спросил Сырник.

— Не подскажу. По-моему, самое время позвонить Насте, чувствую, обижается на меня, а это нехорошо.

— А может, Алине? Она тоже обижается. Ленка уже нет, но обрадуется, если звякнешь. И Наташа обрадуется, — стал перечислять Сырник.

Обиделся, что нефти не дали, а издевается надо мной. Но я не обращал на него внимания, достал мобильник, стал набирать номер салона красоты на Кутузовском, да не успел.

— Андрюха, Гек садится в свою тачку! — почему-то шепотом сказал Сырник.

Какие уж тут разговоры с Настей? Я взял бинокль, посмотрел на синий «Форд» во дворе офиса. Он медленно выезжал со стоянки, направляясь к железным воротам. Черт побери, неужели повезло? В кои-то веки говнюк приведет меня к девушке, мы освободим ее без проблем и его прихватим с поличным. А там и поторговаться можно будет! Даже нет — сразу можно Гену Басинского с опергруппой вызывать, пусть они берут!