Книга Искатель, 2011 № 09, страница 54 – Анатолий Галкин, Александр Юдин, Владимир Соколов, и др.

— Очнется. Но связать его надо. Ты, Василиса, ищи веревочку и рассказывай.

Конопатая толстуха начала выдвигать ящики комода, и сразу прошел страх. А с ним и дрожь.

Между делом Василиса рассказала, что с Вадиком была некая Ирина. А затем пришла литовка — костюмерша из театра. Она сразу раскололась, что Борис у нее прячется. И вот совсем недавно эта Ирина пошла в театр «брать Бублика».

— Да, Василиса, хорошенькая у них спецслужба! Парня-лопуха оставили девицу караулить, а баба пошла на задержание мужика... Собирайся со мной, Василиса! Как говорится — с вещами на выход.

— А зачем?

— Поедем, красотка, кататься. Давно я тебя поджидал.

Когда они проходили мимо «Форда», было видно, что бедный Кузькин еще не очнулся. Он лежал, перемотанный проводами, на полу под задним сиденьем.

Лубяко спешил, но не торопился. Он вел Василису быстрым прогулочным шагом. На мокром асфальте «Пежо» нашелся с трудом.

До театра было не более трехсот метров, но пешком они не пошли — сели и поехали.

Лубяко причалил в переулке, где склад декораций и служебные выходы. Он почему-то попросил даму пересесть на заднее сиденье. Василиса пересела.

Она уже совсем перестала бояться незнакомца. По дороге он шутил и отпускал комплименты. На темной улице Мышкина парень несколько раз пытался ее обнять и вообще давал волю рукам. Это не совсем приятно, но вовсе не страшно... Вот и сейчас, усадив Василису на заднее сиденье, он протянул ладонь и погладил ее по щеке. Потом провел рукой по шее, потом по груди... Хам!

Она думала, что это грубая эротика, а Лубяко просто прицеливался, боясь промахнуться в темноте. Через секунду он поднес к нужному месту шокер и нажал кнопку. Разряд мелькнул таинственным голубым светом. Как маленькая молния, но без грома. И без шума, и без пыли.

Театр в Ветлуге был явным культурным центром. В правом крыле здесь до трех ночи работал ресторан под названием «Парнас», а в подвале располагался безымянный клуб с полумраком, с барменом и с восточными танцами.

Лубяко дважды бывал в этом подпольном заведении под скромной вывеской «Кафе». Хитрый хозяин повесил над входом красный фонарь, но ничего подобного внутри не было. Вернее, было — но не до такой степени.

Егор спустился по ступенькам и вошел в дымный зал. Что-что, а курили здесь покруче, чем в заморских ночных клубах.

Под потолком в полумраке крутился шар с зеркальными кусочками, и вокруг разлетались разноцветные лучики-зайчики. Они упирались в табачные облака, делая все сказочным, похожим на царство Кощея.

В этой дымовой завесе Лубяко незаметно проскочил мимо бармена и углубился в лабиринт подсобок. Пробираясь через коробки и ящики, он нашел дверь, которая вела наверх, в театральные коридоры.

За кулисами очень трудно заблудиться. Здесь на каждом повороте множество табличек со списками и стрелочками во все стороны. Сразу ясно, где сцена, где директор, а где костюмерная... Она наверху на четвертом этаже. Значит — под самой крышей.

Егор шел легко, стараясь не шуметь. Но это было лишнее — лестница была над рестораном, и сюда доносились звуки музыки.

Дверь в костюмерную была закрыта, а Лубяко не был виртуозом по части отмычек. Хотя имел их с собой и обучался этому искусству. Тут, как и на рояле, — кто-то может и Шопена сбацать, а другой одним пальцем выбивает собачий вальс. Но оба играют.