Онлайн книга «Искатель, 2011 № 09»
|
Сквозь тонированные стекла Бублик видел, как бомж вразвалочку побежал к красным «Жигулям» пятой модели... Совсем недавно этот бродяга был для Бориса Трофимовича пустым местом. А сейчас бывший оборванец стал близким и родным. Он бежал в его любимой куртке, в его рубашке и брюках... В его трусах, наконец! Человек с черным кейсом и с паспортом Бориса Бублика сел в «пятерку», завел двигатель и начал набирать скорость. Впереди оживленный перекресток... Борис перевел взгляд на Лубяко. Тот стоял с сотовым телефоном. Номер был набран, и оставалось нажать лишь одну кнопку. Он нажал... Через три секунды красная машина подпрыгнула и взорвалась кучей искр. Потом осела и превратилась в столб огня — не зря Егор Лубяко заправил бак под завязку... 7 Начальство ушло. Сотрудники отдела со странным названием «Новый Афон» потоптались и разбрелись по рабочим местам. Хилькевич остался один в своем закутке. На него никто не смотрел, кроме конопатой девицы, сидевшей за соседним столом. Вадим наклонился над бумагами, но левым виском он чувствовал ее взгляд. И от этого кровь чуть разогрелась, прилила к лицу, и он покраснел. Вообще-то Хилькевич не был специалистом по общению с женским полом. Ему было уже за тридцать, а он холост. Нет, когда-то он был женат, но это было давно, на первом курсе института. На брачную ночь они с невестой заперлись в спортивном зале. А потом целый семестр жили рядышком — она на втором этаже общежития, а он на пятом. После сессии оказалось, что его Люся — попрыгунья! Она спокойно перескочила к аспиранту, у которого была отдельная комната. А в начале второго курса убежала к доценту кафедры... Конопатая соседка просто прожигала его взглядом. У Вадима даже висок начал дымиться. Он повернулся в ее сторону, их взгляды встретились, и это было сигналом к сближению. Она встала и начала медленно приближаться очень многообещающей походкой. — Вас, кажется, Вадимом зовут? Красивое имя... А я — Василиса. — Замечательно! Это у вас красивое имя. Просто какая-то Василиса Прекрасная! — Ой, не льстите мне, Вадик! Я знаю, что у меня лицо далекое от стандартов. — Это вы про веснушки? Они такие милые! Это ваше украшение. Это бриллианты и жемчужины. — Если честно, то я и сама это знаю... Смотришь в зеркало — полная уродина. А подольше приглядишься и замечаешь внутреннюю красоту... Мне Боря Бублик говорил, что я неотразима. — А вы, Василиса, были с ним знакомы? — Естественно! Он же пять лет за вашим столом сидел. А в последнее время его все считали моим женихом. И все ошибались!.. Нет, основания для этого были, но предложения он мне не делал. А два дня назад и вовсе позорно бежал в Америку. — Почему в Америку? — А куда же еще? Хилькевич сразу понял, что попал в точку. Если болтун — находка для шпиона, то вот такая трепливая девица — это две находки. Это три находки!.. Но уж очень она настырная, эта Василиса. Один жених сбежал, и она быстренько готовит замену. Очень шустрая девица... А веснушки у нее действительно миленькие. — У меня к вам просьба, Василиса. Я в вашей Ветлуге никого не знаю. Расскажите мне обо всем... Вы что вечером делаете? — Я свободна... А куда мы пойдем? — Куда хотите, Василиса! Я весь в вашей власти. — Я слышала, Вадик, что вас в нашей общаге поселили? Там слишком глаз много. Начнутся всякие пересуды. Припишут нам то, что мы пока и не делали... |