Онлайн книга «Искатель, 2011 № 11»
|
Авторитет поднял пистолет, взвел затвор, я уже попрощался с жизнью, с Машей и с нашими не родившимися детьми, но доделать свое «черное» дело авторитет не успел. Окно, в которое я недавно смотрел, треснуло, и пуля, пробившая его, вонзилась мужику прямо в покатый лоб. Он молча повалился на спину. — Ох, тля, — вырвалось у Батона. В то же время дверь под мощным натиском отворилась, и в комнату влетели парни в масках и с автоматами. Крюк тут же получил прикладом автомата в лицо и выронил пистолет, который уже был у него в руке, а Батон поднял руки вверх, но это его не спасло. Кованый башмак врезался ему в промежность, и он, застонав, осел на пол. Если вы думаете, что омоновцы ведут себя при захвате дружелюбно и по-джентльменски, то вы глубоко ошибаетесь. Для них это прекрасный шанс испытать свои силы на ком-то. Поэтому Крюку и Батону «в подарок» досталось еще несколько ударов. Они не возражали. Вслед за группой захвата в помещение ввалился мой друг. В помещении стало тесно. — Этих пакуйте, а этих распакуйте, — пошутил он, посмотрев сначала на бандитов, а потом на меня и Васильева. Мой ангел-спаситель Загнойко выручил меня в очередной раз. — Больше спасать тебя не буду, — сказал он, когда мы остались одни, — ухожу на пенсию… * * * На следующий день я сидел в кабинете у своего друга, полковника милиции Ивана Загнойко. Иван вальяжно расположился в своем кожаном кресле, а мы — это я и бывший «пропавший» Михаил Петрович, естественно, Васильев, восседали напротив него за столом, где он обычно распекал своих подчиненных. Сегодня он распекал меня. Ругал самыми последними словами, а я краснел (за него) и молчал. А что я еще мог ему возразить после того, что произошло вчера. Если бы сотрудники ОМОНа и мой товарищ на «лихом коне» вовремя не успели, обнаружили бы они в «осиротевшем доме» два трупа. Это он имел в виду мой и Васильева. Распекал меня Иван добросовестно, так, что мне действительно стало стыдно. Васильев тоже молчал. Он смотрел на меня немного свысока. Мол, вот, на тебе, дурачок, пирожков с маслом. Хотя весь сыр-бор и начался-то из-за него. Точнее, его дражайшей супруги. Ведь если бы не она и его курительная трубка, не было бы сейчас с нами финансового директора фирмы «Два кита». Это я почему-то знал точно. Бандиты бы его точно убили. В конце концов я не выдержал. — Ваня! Хватит, мы же не малые дети, — сказал я. Мой друг полковник замолчал на полуслове. — Давай лучше выслушаем Михаила Петровича. Как же это он так попал в сети к бандитам? Ведь это его они держали почти целую неделю под замком, и, я думаю, не просто так, а, Михаил Петрович? Васильев после моих слов потух. Перестал смотреть гоголем. Загнойко, прекрасно зная мой характер, слегка расслабился. — Да, дорогой вы наш финансовый директор, — сказал он, — расскажите-ка нам еще раз, почему это вас похитили довольно известные в некоторых кругах личности? Что вы им были должны? Васильев нервничал. — А что рассказывать? — начал он. — Я же вчера следователю все рассказал. Спасибо вам, конечно, за то, что спасли меня, но… — Что «но»? Из-за вас человек своей жизнью рисковал, — Загнойко переключился на другой «объект», и я уже потирал руки, сейчас и ему достанется, — а вы ничего нам сообщить не желаете. Вы что, агент иностранной разведки? Ну-ка, живо. Или я вас того… |