Онлайн книга «Искатель, 2011 № 11»
|
— Подожди, но она мне что-то плела про «национальный освободительный фронт», это что? — Сейчас этим делом занимаются фээсбэшники, и что всплывет в ходе расследования этого дела, пока не ясно. Бурцев и Дробич скрылись, и пока их не нашли. Зато Бойко задержан, дает показания, но предъявить ему что-либо мы не можем. Ведь ничего противоправного он не совершил. — А то, что я из-за него чуть не погиб… — Это не считается. Прямой вины его нет, ты сам полез в логово злодеев, хотя и по его заказу. Налей-ка ты мне еще водочки, да я пойду. * * * Прошло три недели. В среду, рано утром, мне позвонил Загнойко: — Спишь? — Уже нет, — произнес я шепотом. — Это хорошо. Потому что если ты стоишь, то лучше ляг. Я покосился на спящую рядом Машу. Она была прекрасна даже во сне. — Я и так лежу. Выкладывай, что у тебя. — Бойко был убит вчера вечером в своем доме. Жены дома нет, перстня на пальце у него мы тоже не обнаружили. — Вы же его задержали… — Как задержали, так и выпустили. Следователь не нашел в его действиях состава преступления. — Чудеса… — Да уж, в правовом государстве ведь живем. Пора бы уже привыкнуть ко всему. — И что теперь? Ты думаешь, кто это сделал? — Есть несколько версий, но основных две. Подозреваем или его драгоценную, либо наших старых знакомых, террористов — Елену Дробич и ее хахаля, успевших скрыться три недели назад. Тебе бы стоит быть острожным. Потому что о них пока ни слуху ни духу. Наверное, залегли на дно. Мы отрабатываем все версии, но эти пока самые напрашивающиеся. Так что смотри… Ну, пока, будь здоров. Он отключился, а я вновь посмотрел на Машу. Теперь она — моя жена. Самая красивая и любимая на свете. Она проснулась и вопросительно смотрела на меня. Но говорить ей о перстенечке с буковками я не решился, мало ли что… История третья КУРИТЕЛЬНАЯ ТРУБКА Он ушел. Странно, почему он ушел? Что я ему сделаю? И не ругались, а он ушел. Четыре дня, как его нет. Господи, но почему? И куда он мог уйти? К любовнице? Ни у друзей, ни у родителей его нет. А им хоть бы что. Даже не волнуются. Интересно, почему? Может быть, они знают то, чего не знаю я? И на работе никто — ничего. Человек пропал, а им хоть бы что. Чудеса… Нина Васильева перевернулась на другой бок. Она никак не могла уснуть от терзавших ее мыслей. Четыре дня назад пропал ее муж. Она встала с кровати и подошла к зеркалу. Она была еще недурна собой, ей было всего тридцать два. Мог ли он променять ее на другую женщину? В принципе, мог, но, наверное, сказал бы об этом. А так ушел на работу»… все. Как канул. Нина вернулась на кровать, села. В квартире было прохладно. Без него. Осенью всегда так, отопление еще не дали. У них не было детей, но они предполагались. А теперь — все. Где она найдет еще такого мужа? Она снова встала, посмотрела на ставший никчемным телефон. Куда звонить, кому? В милиции ее и слушать не стали, сказали: «авось вернется». А он вот не возвращается, ни авось, ни просто так. «Завтра же пойду к частному детективу», — решила она и, приняв снотворное, легла и укрыла себя одеялом. * * * Я сидел в офисе и ничего не делал. Ничего. Совершенно. Маша, моя законная супруга, находилась сейчас в больнице. И мне ничего не хотелось делать. Без нее все валилось из рук, все дела встали. Наше детективное агентство продолжало функционировать, но уже еле-еле. Да и как оно могло функционировать, если все мои мысли уходили сразу в сторону, как только я невольно кидал взгляд на ее фотографию в красивой блестящей рамке, стоявшую на моем полированном столе. Там, в глубине полировки, она была тоже, только перевернутое изображение. |