Книга Черный автобус. Мистика Ленинграда, страница 47 – Сергей Седов

— Я согласен, – радостно заявил Миша. – Более того, твой скепсис – это очень важная и необходимая деталь моего расследования. И за наличие этого самого скепсиса я тебя очень даже уважаю!

— Отлично, договорились, – подытожил Дима. – Значит, я приду к вам, как обычно, после тренировки.

Пожав друг другу руки, парни разошлись в разные стороны. Дима двинулся в сторону Малого проспекта, а Леша и Миша пошли привычной дорогой по Седьмой линии в сторону Большого проспекта. На Среднем проспекте Леша свернул в сторону дома, объяснив это тем, что ему необходимо захватить рации, а Миша двинулся дальше. Почти всю дорогу он оглядывался, надеясь увидеть девчонок, но ни Тани, ни Маши нигде не было видно. Немного раздосадованный, Миша укутался в пальто и двинулся дальше вдоль улицы, на которую уже успела спуститься темнота.

В Доме юного техника Миша молча переоделся и в одиночестве поднялся в кабинет своего кружка, где он тут же забылся в рутине. Приятные запахи ватмана, старой бумаги и клея успокаивали его, оставляя позади все тревожные мысли и вопросы. Он медленно и аккуратно катал из бумаги длинные трубочки, которые собирался нарезать для деталей стволов бортовых и палубных орудий своего броненосца, а также старательно расчерчивал на ватмане лекала надпалубных настроек. Ему всегда нравилось наблюдать за тем, как остро заточенный карандаш скользит вдоль линейки, оставляя после себя идеальную линию. Линия за линией – и вот на приятной поверхности ватмана уже появлялись очертания целых конструкций, прямо как на уроке черчения, только намного интереснее и с результатом, который можно будет потрогать руками. Умиротворение Миши нарушила Таня, которая аккуратно пробралась в кабинет и встала за Мишиным плечом.

— Привет. И что это будет? Фрегат?

— Привет. Нет, я собираю модель броненосца «Потемкин», которую впоследствии можно будет спустить на воду.

— Из бумаги?

— Да, но не совсем. Сверху будет нанесен слой папье-маше, а в финале корабль будет обработан водоотталкивающими лаками, что позволит ему приобрести свойства, схожие с пластиком.

— Ого, наверное, будет красиво. А какие планы у вас на сегодня?

— Ты про игру? – оторвав взгляд от свой работы, Миша внимательно посмотрел на Таню.

— Ну да. Мы с Машей хотели бы присоединиться, – театрально изобразив застенчивость, ответила Таня.

— Да, конечно. Я как раз хотел тебе предложить, но забыл. Нам бы очень понадобилась ваша помощь.

— Значит, договорились. Встречаемся после занятий внизу?

— Да, внизу, как в прошлый раз.

Довольная Таня выскочила из кабинета в приподнятом настроении. Миша опять позволил волне подозрений захлестнуть его разум. «Это ее Маша попросила, – подумал он, – или это ее собственная инициатива? Никогда раньше они так настойчиво не пытались влиться в нашу компанию». Немного помучившись в догадках, Миша оглянул полупустой кабинет, в котором ребята сновали туда-сюда вокруг своих моделей, и вновь смиренно склонился над ватманом. Еще через минут двадцать в кабинет вернулся Виктор Петрович, пропадавший у своего старого приятеля в соседнем кружке, и объявил, что на сегодня работы окончены.

Неспешно собравшись, Миша спустился вниз и принялся переодеваться. Лишь через несколько минут после этого он заметил Лешку и Таню, которые стояли в очереди у гардероба и о чем-то разговаривали. Лешка, как и всегда, активно жестикулировал, закатывал глаза и поправлял очки, а Таня все время смеялась. «Ну надо же, уже подружились», – удивился про себя Миша. Хотя не то чтобы они не дружили раньше… Ребята нередко пересекались на каких-то мероприятиях именно с Таней и Машей, а иногда и со старостой класса Наташей. Порой им даже доводилось быть в одной команде на внеклассных работах или спортивных соревнованиях. Но вот чтобы Лешка стоял в очереди с Таней и смешил ее – такое было трудно представить. «Ну, зато наша компания растет», – подумал Миша. Протолкнувшись сквозь поток из ребят помладше, устроивших затор в дверях, он вышел на улицу в надежде там застать Машу. В свете фонарей недалеко от входа он действительно заметил ее: она застенчиво общалась о чем-то с Димой.