Книга Черный автобус. Мистика Ленинграда, страница 26 – Сергей Седов

— А чего именно ты испугался? – спросил Дима.

— Мне просто стало страшно, понимаешь, не знаю почему. Просто мне показалось, что там кого-то хотят убить… Вдруг это правда мафия или какие-то службы? А я тут рядом, могу увидеть или услышать то, что не должен услышать. Ну и я просто растерялся, это было слишком неожиданно. А потом еще и эти светофоры… почему они не работают? Ну пойми ты, не сочинял бы я такой глупости! Наврать можно, что твой дед Гагарин или что ты сам лично видел бандитов, которые ограбили банк, но это? Какие-то сигналы, адреса, фамилии? Зачем врать о такой околесице?

— Согласен, – все так же спокойно произнес Дима. – Я тебе верю. Просто я не совсем понимаю, что это такое могло бы быть.

— Я тоже, – задумчиво произнес Лешка. – Ладно, пока, парни, я пошел, еще уроки делать.

— Да, я тоже, – произнес Дима, протянув руку Мишке, вслед за Лешей.

Ребята двинулись в сторону своих домов, а Миша остался стоять на перекрестке, погруженный в свои размышления, как вдруг, уже издалека, его окликнул Лешка:

— Смотри, Мишань, светофоры работают, можешь больше не бояться!

«И правда», – подумал Миша и с улыбкой махнул другу рукой. Светофор подал зеленый сигнал, и Миша направился по Шестой линии в сторону своего дома на Малом проспекте. Страх окончательно покинул его, а все случившееся во дворах казалось расплывчатым и далеким, словно произошло два или три месяца назад. Свернув в арку двенадцатого дома и зайдя в одну из парадных, Миша окончательно успокоился. Поднявшись по каменным ступеням многовекового дома на второй этаж, он достал ключи из кармана пальто и вставил их в замочную скважину. «Ну, вот я и дома», – подумал мальчик и тут же ощутил нахлынувшую на него усталость.

— Ты вовремя, как раз ужин готов, – раздался голос матери из кухни.

Сняв школьную форму и умывшись, Миша закинул портфель на стул возле письменного стола в своей комнате. «Еще уроки делать», – подумал он и устало пошел ужинать.

За столом с матерью и отцом мальчик говорил о совсем отвлеченных вещах, стараясь не рассказывать ничего такого, что могло бы заставить родителей волноваться. Ни о хулиганах, ни о происшествиях в школе или на улице, ни уж тем более о том, как он прятался на пожарной лестнице неизвестно от кого.

— Ну, как твои успехи в журналистике? – спросил Мишу отец, который выглядел еще более уставшим, чем Миша.

— В целом хорошо, – сдержанно ответил мальчик. – Сегодня как раз вывесили новый выпуск, завтра нужно уже приступать к поиску нового материала.

— Молодец, – так же сдержанно и почти без эмоций ответил отец. – Готовиться всегда нужно заранее, а не в последний день, как некоторые у меня на работе…

— А как с долгами по химии? – взволнованно спросила мама. – Ты пересдал?

— Да, все хорошо, еще на прошлой неделе, долгов больше нет.

— А что, были долги? – удивленно переспросил отец.

— Да был один, но я с ним разобрался, теперь никаких проблем.

— Хорошо, рад слышать, – успокоился папа. – Долгов быть не должно, а то будет как у… кхм, впрочем, неважно.

Закончив ужинать, Миша отправился в свою комнату, оповестив родителей, что он намерен заняться уроками. Достав из старого рюкзака стопку книг, перемешанных с тетрадями, он бросил ее на письменный стол. Рядом со столом находилось узкое окно, выходившее в абсолютно типичный ленинградский двор-колодец, в котором можно было рассмотреть только окна дома напротив, чем Миша в очередной раз и занялся в попытках упорядочить мысли в голове.