Книга Хищник, страница 96 – РуНикс

— Он прав, Тристан.

Тристан Кейн посмотрел на Амару, и между ними промелькнуло мимолетное понимание.

— Я тоже.

Амара печально улыбнулась ему, а потом повернулась к Моране, и ее взгляд потеплел.

— У Тристана есть мой номер. Позвони мне, если что-то понадобится, Морана.

Она неуверенно улыбнулась в ответ, и Амара ушла к Данте, который ждал ее возле лифта.

А Морана смотрела им вслед, совершенно сбитая с толку.

Да что, черт возьми, происходит?

За окном было темно, солнце давно скрылось за горизонтом. Огни города мерцали вдали, и Морана, сделав глубокий вдох, взглянула на свою полупустую тарелку. Снова неспешно приступила к еде, не поднимая глаз на мужчину, с которым осталась наедине.

Мужчину, который смотрел на нее. Наконец-то.

Она чувствовала, как его взгляд блуждает по каждому доступному сантиметру ее тела. Чувствовала, как он ласкает ее обнаженную кожу, как от одного его взгляда по телу разливается жар, оседая в глубине. Моране это претило. Не в силах больше притворяться, будто он не раздражает каждый нерв в ее теле, она бросила вилку, посмотрела на него и увидела, как взор бесподобных глаз приковал ее к месту.

Ей это не нравилось. Совсем не нравилось. Нужно отодвинуть стул и уйти в гостевую комнату. Запереть дверь и скрыться подальше от него.

Потому что он пугал ее. Морана ничего о нем не знала. Ничего. Ни о его прошлом, ни о настоящем, ни о будущем. Она не понимала причин ни одного его поступка, и оттого он становился незнакомцем. Непредсказуемым.

И ее это пугало.

Потому что она не знала, что Тристан Кейн сделает в следующий миг: убьет ее или защитит.

Слишком много всего происходило вокруг них, между ними. Он ударил ее отца. Не поехал в Тенебру, когда его вызвали. Прятал ее в своем доме, тогда как Данте сказал, что это крайне опасно. Но в то же время именно он неоднократно говорил, что убьет ее.

Морана заморгала, пытаясь прояснить мысли, но Тристан Кейн никак не хотел сводить с нее глаз. На напряженной челюсти с утра отросла щетина.

Биение сердец и дыхание стало учащаться, его взгляд был настолько хищным, что Морана почувствовала себя едой, поданной на стол, которую он приготовился поглотить в любой момент.

Черт. Этому должен настать конец. Ради этого и затевалось то, что случилось в ресторане. Он должен был со всем покончить и больше не смотреть на нее с ненавистью и жаждой. Грубой жаждой, которая обрушилась на нее, как никогда прежде. Обрушилась так, что и в ней самой пробудилась жажда. Так, что она поглощала Морану изнутри.

Ей нужно было самой покончить с ним. Закрыть затворы перед этими глазами и сдержать этот взгляд.

Ей нужно было что-то быстро предпринять.

Вспомнив вдруг, о чем ей рассказывала Амара, Морана нарушила молчание.

— Когда распался Альянс?

Сработало. Его глаза на мгновение вспыхнули таким мощным сочетанием ненависти и боли, что она не смогла отличить одно от другого.

А потом его взгляд стал пустым. Совершенно. Только голубые радужки уставились на нее с безмолвным вниманием. Никаких эмоций.

Морана сомневалась, что так ей нравится больше.

— Двадцать лет назад, – тихо ответил он, глядя на нее.

Тишина.

— А, – тупо произнесла она и поджала губы, не зная, что еще сказать.

Тристан Кейн слегка прищурил глаза и откинулся на спинку стула, скрестив мускулистые руки на груди, отчего ткань рубашки туго натянулась на бицепсах и под ней проступили очертания темной татуировки.