Книга Рассказы, страница 64 – Тим Каррэн

Версия с культом?

Один из немногих свидетелей убийства утверждал, что видел не одного человека, покидающего место преступления, а целую группу людей. И когда я следил за Квиггом, он всегда был в компании трех или четырех других людей. И в ту ночь… ну, я мог бы поклясться, что слышал удаляющиеся шаги, когда приближался. Я не погнался за ними, потому что думала, что нашёл убийцу.

Но были ли другие?

Неужели Квигг действовал в одиночку?

Так или иначе, я начал видеть здесь связь. В какой бы секте ни участвовал Квигг, возможно, она ещё существует. Но почему Бобби? Почему такая высокопоставленная фигура, как окружной прокурор? В этом не было никакого смысла… а может быть был.

— Я буду на связи, — сказала я Томми, направляясь к двери.

— Куда ты, черт возьми, собрался?

— Следую интуиции, — сказал я.

Томми посмотрел на меня.

— Мне плевать, как ты проводишь свое свободное время, Винс, но не попадай в неприятности. Ты же знаешь, какой ты. Когда ты следуешь интуиции, всякое случается.

— Всякое?

— Ты знаешь, что я имею в виду. Постарайся не наделать дел.

Но я уже был за дверью.

3

Полночь, с неба льёт как из ведра, а я провел последние три часа, припарковавшись в темноте. Я наблюдал за домом Марианны Портис. Почему? Потому что она была единственной зацепкой. Хрупкая, бледная женщина, похожая на библиотекаршу. На мой взгляд, она была не способна обидеть и муху… но кто знает. Она присутствовала на каждом заседании суда над Квиггом, и я не раз видел, как они украдкой обменивались взглядами. Так что я должен был её проверить. Как Бобби не стало, я сразу же подумал о ней.

Но ничего не происходило. Я не знал, чего ожидал или на что надеялся, но когда это случится, я это узнаю. Шел час ночи, и я уже начал клевать носом, когда подъехал черный седан. Марианна вышла и запрыгнула в машину. Они уехали, и я последовал за ними до самого Ист-Сайда, где они остановились на маленькой парковке позади похоронного бюро. Это определенно подняло мое любопытство на ступеньку выше. Движение было слабым, поэтому я не стал задерживаться. Я подъехал к следующему кварталу, припарковал свою машину напротив какого-то второсортного кабака и пошел пешком.

Похоронное бюро застряло между заколоченной фабрикой и рядом старых домов. Это была двухэтажная кирпичная постройка с увядшим плющом, вьющимся по ней, как шерсть по спине обезьяны. Перед домом висела серая потрепанная вывеска, гордо возвещавшая, что это похоронное бюро Дугласа-Барра, которое существует с 1907 года… если я не ошибаюсь.

Я небрежно прошел мимо передней двери, а затем обошел дом сзади. Я шел по переулку, холодный ветер хлестал меня дождем в лицо. Мое пальто развевалось вокруг, как флаг на высоком шесте, и дождь стекал с полей моей фетровой шляпы маленькими речушками. Было так сыро, что даже крысы не высовывались. Я устроился под навесом погрузочной платформы склада, прячась в тени, как паук в расщелине.

Я прождал больше часа, окурки скапливались у моих ног. Двери для доставки и приема в задней части похоронного бюро были открыты. Рядом стояли две машины, и ни одна из них не была катафалком: седан и обшитый деревянными панелями фургон доставки.

Сигарета свисала с моей нижней губы, как дымящаяся сосулька. Двое мужчин вынесли тело — и по тому, как они его несли, я понял, что оно было таким же мертвым, как и целомудрие моей матери — и забросили его в кузов фургона. Затем двери закрылись, и фургон уехал, за ним последовали седан с Марианной. Я мог бы поехать за ними, но решил сначала осмотреться.