Онлайн книга «Рассказы»
|
Вот в это они и заставляли себя верить, знал Джордж. И будто бы всё благодаря тем же горам колодезная вода оставалась свежей и чистой, ручьи в долине были прозрачны и полны жирной форели, урожаи — обильны, а скот — почти неестественно здоров. Но причина, разумеется, заключалась не в этом. Горы, несомненно, помогали, однако не могли остановить падающие с неба радиоактивные осадки, смертоносные чёрные дожди и радиоактивные вещества, просачивавшиеся в почву. Всё это сдерживала другая сила — и теперь она вернулась, через две недели после того, как приняла в жертву Нила Штрохайма. Добравшись домой, Джордж остановился на дорожке перед домом. Его мутило, он устал — Господи, как же чудовищно устал. Дом окружал белый штакетник, живые изгороди были аккуратно подстрижены, трава росла густая, зелёная и ровно скошенная. Цвели фруктовые деревья, а под окном гостиной распускались красные тюльпаны и кусты диких роз. Очень мило. Настолько мило, что всё выглядело как фотография из журнала «Better Homes & Gardens». Ещё несколько лет назад хозяйство постепенно приходило в запустение, потому что Джордж совершенно ничего не умел делать руками. Он не разбирался ни в водопроводе, ни в электрике, ни в гипсокартоне, ни в кладке, ни в уходе за газоном. Теперь дом выглядел так хорошо лишь потому, что за ним присматривал Билли К. Билли К. был готов ради Джорджа на всё. Возможно, в школе он его избивал и терпеть не мог одного его вида, зато теперь едва ли не ластился у его ног. В доме его ждала Дарлин. На ней были шорты, открывавшие длинные загорелые ноги, и короткий топ, чтобы он мог любоваться плоским животом. — Я слышала, оно вернулось, — сказала она. — Это правда, Джордж? — Да. Она взяла его за руку и подвела к креслу. Когда он уселся, принялась массировать ему плечи. Хорошо, что она стояла сзади и ему не приходилось смотреть в её пустые глаза. Когда-то она без конца критиковала его за всё, что он собой представлял, и говорила, как жалеет, что вышла за него. Теперь она превратилась в степфордскую жену. Жила в постоянном страхе перед ним, вечно съёживалась и пресмыкалась. Она без конца убирала дом, готовила его любимые блюда и старалась угодить ему всеми возможными способами — всё ей было мало. Лучше было, когда она меня ненавидела и изменяла мне, подумал он. По крайней мере, тогда она была настоящей. — Хочешь лимонада, Джордж? Тебе сейчас как раз нужен большой стакан прохладного лимонада. Ты отдыхай, а я принесу. Говорить, что он ничего не хочет и что ей пора перестать вокруг него суетиться, было бессмысленно. Она вернулась с лимонадом. — Вкусно, Джордж? Тебе нравится? — Да. — Хочешь перекусить? Я могу принести сыр с крекерами, сделать сырный соус или быстренько приготовить те вонтоны, которые ты любишь. — Нет, спасибо. — Допей лимонад, Джордж. Я уже приготовила постель, чтобы ты мог вздремнуть. На ужин пожарю стейки — те самые филе-миньоны, обёрнутые беконом, которые ты любишь. И испекла тебе пирог с голубикой, — тараторила она без остановки, и чем дольше говорила, тем выше становился её голос, пока не зазвучал почти истерически. — Ты бы видел, как уродилась голубика! Ягоды размером с виноград, такие сочные и сладкие… — Дарлин, просто успокойся, ладно? — Ох, ты весь на нервах. |