Книга Аноним, страница 67 – Урсула Познански, Арно Штробель

Мы ушли, но ведь так нельзя, правда? Такая не должна работать в полиции! От неё нужно избавиться, иначе она ещё многим навредит.

Я перечитываю текст трижды, не понимая, попала ли в нужный тон или перестаралась. Хотелось бы спросить чьё-нибудь мнение. Например, Даниэля. Но по нескольким причинам это исключено.

Закрываю глаза и нажимаю «Отправить». На экране возникает: «Спасибо за вашу номинацию».

Остаётся ждать, заинтересует ли история Траяна настолько, чтобы он включил меня в следующий список. Тогда у нас будет настоящий шанс его поймать. Все шансы.

С ощущением, что наконец сделала шаг в правильном направлении, возвращаюсь к форуму. Пиа приносит стопку протоколов звонков и кладёт на стол.

— Уже рассортированы. В основном напуганные родители, но есть две победительницы лотереи и несколько вечных попрошаек.

Её взгляд постоянно скользит к месту Даниэля. Кажется, она рада, что его нет.

— Спасибо.

Просматриваю первые листы. Одна мать сообщает, что кошка знакомых действительно утонула в их бассейне, но её дочь даже не подходила к животному, потому что страдает аллергией на кошачью шерсть. И всё равно требует охрану.

Её требуют почти все. Некоторые объявляют, что уедут из Гамбурга на несколько дней.

— Ты видела, что творится в СМИ?

Я качаю головой.

— Этого я сейчас не вынесу.

— Разумно. На твоём месте…

За её спиной открывается дверь. Входит Даниэль, не поздоровавшись. Он выглядит измотанным, вешает пиджак на спинку и дарит Пиа короткую обязательную улыбку.

Она отворачивается.

— Мне пора. До встречи.

Дверь за ней захлопывается чуть громче необходимого.

Даниэль запускает компьютер. Тишину нарушает только гул оживающего диска.

— Хочешь кофе? — Голос у меня хриплый.

— Нет, спасибо.

— Твоей матери лучше?

Он не отвечает, только быстро смотрит и снова поворачивается к экрану.

— Послушай, я понимаю, что поступила неправильно. — Подобные объяснения никогда не давались мне легко, но этого не избежать. — Я искренне прошу прощения. Да, на меня давило дело, однако это не оправдание. Я жалею о сказанном, а о тоне — вдвойне. Меня совершенно не касается, с кем, когда и почему ты разговариваешь.

Он снова смотрит, на этот раз дольше.

— Это ты поняла правильно.

Раздаётся тихий, но узнаваемый сигнал. В моём ящике Morituri новое сообщение. Подождёт ещё несколько минут.

— Дело действительно действует на меня сильнее, чем должно, — продолжаю я. — Но я справлюсь. Отныне буду вести себя профессионально, можешь на это рассчитывать.

Фразы выходят удивительно легко, а вина из-за самономинации лишь слегка шевелится.

В глазах Даниэля мелькает веселье — вероятно, он не ожидал услышать от меня слово «профессионально». Но отвечает серьёзно.

— Теперь мы работаем вместе, Нина. Моё личное дело — моё, как ты справедливо сказала; разумеется, то же относится к твоему. Но некоторые вещи нам при случае следует обсудить, если не хотим постоянно сталкиваться лбами.

Я догадываюсь, что он имеет в виду, и всё же киваю.

— Да. При случае.

Звонок его телефона преждевременно заканчивает разговор: прокурор. Я открываю новое письмо.

Оно от Траяна. Приходится сдерживаться, чтобы не выдать удовлетворение. У нас контакт.

«Привет, Лейла. Ты прислала довольно интересное предложение. Внести сотрудницу полиции в список, конечно, очень заманчиво».