Книга Пророчество тьмы, страница 63 – Анви Рид

— Золотце мое, зажарь картошки с овощами и хлеба испеки! – крикнула в сторону кухни Илина. – А вы пока помойтесь, а то разит от вас с порога, Незримый меня ослепи. Я пока на стол накрою да грога вам налью.

Она взяла Юри за руку и повела к лестнице на второй этаж. Беглецы пошли следом.

— Заходите за лестницу, там найдете дверку и выйдете в общую купальню. Ведра с горячей водой будут справа, с холодной – слева. У нас не так изысканно, как во Фране, дорогие мои. Мы по-простому живем, по-деревенскому.

— Общая купальня? – Далия попятилась назад.

— Конечно, дорогуша, общая. Нам стесняться нечего, чего мы там не видели?

— Нам мыться всем вместе? Четверым?

— Ой, королевишна какая, – засмеялась Илина. – Кому ты голая нужна? Никто на тебя смотреть не будет.

Далия скрестила руки, закрываясь ими. Ей явно не хотелось делить купальню с другими и уж тем более представать перед ними нагой. Юри громко цокнула, а Эвон никак не мог отвести глаз от румяной хозяйки таверны.

Принцесса заявила, что пойдет мыться одна, Юри ее поддержала, а Соно косо глянул на Эвона.

— Вы мне воду зря не лейте! – Илина ударила ниджая тряпкой. – Мальчишки вместе, девчонки вместе. Бегом, бегом, мои дорогие, а то еда остынет.

Эвону хотелось пригласить ее в умывальню, попросить подождать всех за дверью и насладиться ее телом, которое так сильно притягивало. Но она уже успела скрыться за лестницей. Соно зашел внутрь, оставив дверь открытой, а Юри с Далией уселись на разные стороны лавки. Травник, улыбнувшись, осмотрел принцессу, которая никак не могла выбрать, остаться грязной или же разделить купальню с сиафом. Нервно кусая губу, Далия дергала ногой, стараясь не обращать внимания на довольную Юри.

Эвон зашел внутрь. Комната пропахла влажной древесиной и еловыми вениками, висящими в углах купальни. Соно, уже распоясав хаори, кинул его в ведро для стирки.

— Что смотришь? – спросил ниджай, стоя к нему спиной.

— У тебя глаза и на затылке есть? – удивленный Эвон расстегнул пуговицы своей некогда белой рубахи.

— Твою похоть сложно не учуять. Держи себя в руках.

— Ты меня не привлекаешь, ниджай, а вот Илина красива и притягательна. Неужто тебе она не понравилась?

Соно оголил спину, исполосованную шрамами. Эвон охнул, прикрыв рот. Что же он пережил? Травник надеялся узнать историю Соно, ведь он и сам был игрушкой в руках великого короля, тряпичной куклой, которую можно швырнуть об стену или, напившись, избить, обвинив во всех грехах.

— Это?.. – Эвон смотрел на шрамы ниджая, надеясь, что ему не придется договаривать.

— Это в прошлом, – будто услышав его мысли, ответил Соно.

Он подошел к бочке и, взяв с крючка ковш, принялся омываться. Вода стекала по его телу в небольшое ведро.

Раздевшись, Эвон развесил одежду. А после того как наконец омылся теплой водой, надел теплые вещи, которые беглецы все это время таскали в сумках. Травнику досталась шерстяная рубаха и кожаная жилетка с мехом внутри, но с ней он решил повременить. Соно же надел кофту, закрывающую горло, и, забрав хаори, которое стирал в ведре, пока мылся Эвон, повесил сушиться на бельевую веревку, натянутую под потолком. Освободив купальню, ниджай и травник вернулись за стол. Эвон надеялся, что Далия с Юри не поубивают друг друга, пока будут мыться.