Книга Пророчество тьмы, страница 36 – Анви Рид

«Не забирай свой свет, моя святая. Он понадобится нам в темных лесах Эверока», – обратилась напоследок к Эвер принцесса.

И, следуя за ниджаем, беглецы скрылись среди деревьев, которые очерчивала яркая желтая луна.

Мир вокруг стал бесцветным. Запахи исчезли. Юстин больше не ощущал аромат цветов. Теперь они, увядая, лежали вдоль дороги, по которой он шел. Мир вокруг стал холодным и медленно умирающим. Ветер больше не играл с волосами, а звуки приглушились. Король посмотрел на вялую траву и голый лес, который растерял былую красоту. Тело не слушалось Юстина, но он продолжал идти вперед. Он утратил контроль над ним, еще когда Тщеславие слилось с ним воедино.

«Господин, вы сами на себя не похожи!» – шептал знакомый голос Похоти.

«Наивный глупец!» – вторил Гнев.

Но Юстин почему-то не мог им ответить. Его рот словно зашили толстыми нитками, и попытайся он сказать хоть слово – они порвут ему губы и изранят кожу. Юстин что-то промычал, но даже это причиняло боль.

Ноги вели короля вдоль тропинки. Он шел быстро, боясь опоздать, с букетом из полевых цветов, лепестки которых падали, теряясь по дороге. Юстин поднялся на небольшой холм, и его сердце радостно затрепетало: около толстого дерева стояла девушка. Кажется, к ней так торопился Юстин во сне. Ее длинные волосы ниспадали до земли, излучая свет, только рядом с ней окружающий мир обретал краски. Место, где рука касалась коры, было ярко-коричневым. Вокруг пальцев ползали жучки, прячась за небольшими ростками и почками. Трава под ногами девушки пестрила зеленцой, обволакивая подол ее платья цветами, что, прорываясь сквозь почву, росли и распускались прямо на глазах.

— Светлячок! Я пришел! – зазвучал голос Юстина, грубый, низкий и знакомый ему из прошлого сна.

Вновь ему снится она. Девушка, чье лицо он так и не сумел разглядеть.

— Ты опоздал.

От ее рассерженного тона сердце кольнуло. Будто он не заслужил такого обращения, будто ждал другого.

— Я торопился к тебе как мог.

Юстин скромно протянул ей увядший букет, зная, что в ее руках он вновь расцветет.

— Это тебе мой небольшой подарок.

«Какой позор… Какая мерзость…» – осуждающе перешептывались в голове сэтхи.

— Чего ты хочешь?

Девушка все еще стояла к Юстину спиной.

— Попросить тебя о помощи.

— С чего ты взял, что я соглашусь?

— Я помогал тебе, и не раз. Лишь благодаря мне ты стала той, кто ты есть. Разве не так?

Внутри Юстина происходило что-то странное. Он боялся отказа и злился на ее безразличие. Он ждал помощи, но надежда на лучшее медленно угасала внутри.

— Ты никто и ничто. Твоя жизнь безнадежна, а существование бессмысленно. Я не буду помогать тебе. Уходи и больше никогда не ступай на мою землю.

— Но светлячок… Ведь между нами…

— Я не люблю тебя! И никогда не любила.

Стрела пронзила грудь Юстина. Острым наконечником впилась она прямо в сердце, которое заливалось горячей кровью. Тяжело и медленно вздыхая, король обнял себя руками, упав на землю. Стрелы в груди не было, но боль оставалась. И, умирая на жухлой, серого цвета траве, он смотрел вслед девушке, что растворилась с лучами солнца.

Юстин открыл глаза, дернувшись от страха на кровати. Луна светила в открытое окно, чья створка громко билась о каменную стену. Порывистый ветер завывал в углах комнаты. Этой ночью Юстин проснулся один. Шелковые простыни не укрывали чужое нагое тело, никто не пытался обнять его. Похоть сегодня не хотела развлекаться, да и Юстин пожелал остаться наедине с собой. Он встал и закрыл окно. Пробежав на носочках по холодному полу обратно, он упал на теплую кровать и, накрывшись одеялом, попытался вновь заснуть. Догадки о девушке из сна медленно растворялись в вязкой дремоте, сменяясь новым пугающим образом.