Книга Пир теней, страница 68 – Анви Рид

Юстин поймал себя на мысли, что не знает, где похоронят его самого, когда он умрет. Это семейный склеп королевской семьи Бартлетт, а его настоящие родственники бедствуют где-то в Арасе. Последние четыре дня Юстин часто думал о смерти, но он был настолько труслив, что мысли оставались лишь мыслями. Он ненавидел себя за все, что сделал: за свою слабость и доброту — и больше не хотел быть таким, как прежде. А тени, чувствующие это, ликовали.

Так странно. Вчера вечером похоронили семью Бартлетт, а сегодня до заката солнца коронуют Юстина. Как к этому отнесутся эверчане? Хорошим ли королем он будет? Как станет править страной и народом? Юстин не знал, но надеялся, что Сэльмон и другие близкие к короне люди помогут ему.

Слуги под присмотром советников с самого утра готовили к торжеству тронный зал, швеи снимали мерки для новой мантии, повара приносили на пробу изысканные блюда, из которых нужно было выбирать что-то для праздничного пира. Все были встревожены и не понимали, как им одновременно и скорбеть, и радоваться. И Юстин не понимал.

— Наш щенок станет королем. Готов к этой ноше? — Гнев, витавший в углу комнаты, нагнетал обстановку.

Юстин промолчал. Он был к этому не готов.

— А что делать с рыжей девкой, придумал? Где искать, как убивать?

— Я не знаю. Ничего не знаю, — Юстин говорил правду.

Он, кажется, уже начал забывать, как это — не лгать. Все четыре дня ему приходилось увиливать от прямых ответов и изворачиваться, обманывать всех и каждого. Он запутался и очень от этого устал. Юстин понимал, что это никогда не кончится и с каждым днем будет только хуже. Пора брать все в свои руки.

— Помогите мне, — обратился он к сэтхам.

— Что, понравилось чувствовать себя уверенным и всемогущим? — Тщеславие близко подлетело к нему, обдавая холодным густым воздухом.

— Понравилось, — сказал он правду.

Тени засмеялись, и по мокрой спине Юстина побежали мурашки.

— Впуская нас в себя, ты рискуешь, ягненочек. Ты больше не будешь собой. Твои мысли станут нашими, а наши — твоими. Ты вберешь в себя лучшие наши качества, и только тебе решать, как ими распоряжаться.

— Я устал быть слабым. — Юстин спрятал лицо в ладонях. — Не могу больше думать, не хочу больше плакать. Не знаю, что мне делать. Как искать Далию, каким образом править страной и вернуть сестру. Помогите мне, прошу вас.

Сэтхи сплелись в один большой черный клубок и принялись шептаться на непонятном языке. Юстин нервно ждал их ответа.

— Означает ли это, что ты хочешь заключить с нами сделку? — спросили они спустя пару минут.

При слове «сделка» кровь Юстина вновь заледенела.

— А чего вы потребуете взамен?

— То, что ты способен будешь нам дать: власть и трон.

— И все? Никаких семи лет, древних злых святых и новых убийств?

— Да. И обещаем, что вместе мы станем всемогущими. Ты перестанешь бояться, забудешь про боль. Добрый Юстин умрет, а мы возродим настоящего короля. Найдем твою сестру и сами убьем принцессу. Тебе больше не придется пачкать руки.

— Я согласен.

Эти слова слетели с языка Юстина быстрее, чем он успел подумать, но жажда новой жизни необычайно манила его. Тщеславие уже облетело его со спины, касаясь тени, и Юстин глубоко вздохнул, готовясь к чему-то великому.

— Попрощайтесь с этим слюнтяем, больше мы его таким не увидим.