Книга Сумерки Баригора, страница 73 – Софья Соломонова

— Конечно, ваше высочество. Но что же вы планируете делать?

— Благодарю вас, леди фон Аурверн. Боюсь, мы были слишком заняты стремлением поскорее попасть в безопасность стен вашего дворца, чтобы обдумывать дальнейшие действия. Если вы позволите, мы все очень устали и хотели бы отдохнуть после долгой дороги. Мы можем вернуться к этому разговору завтра.

— Конечно, ваше высочество! Я распоряжусь, чтобы для вас подготовили комнаты.

Лед на Льеже встал, морозы держались уже больше недели, и все знали, что наступление Тронца может начаться в любую минуту. С высокого берега, на котором стоял дворец, их армия, вставшая лагерем в заснеженных полях за рекой, была как на ладони. В подзорную трубу легко можно было рассмотреть их палатки, осадные орудия и пушки. И все же враги расположились достаточно далеко, чтобы снаряды защитников Брасса не долетали до них.

Генералы предлагали атаковать первыми, но герцог Кристоф отказывался. Защитников города было немного, а обещанная королем армия все не прибывала. Герцог приказал укреплять город и готовиться сражаться на его улицах, если придется.

Вот уже две недели весь город жил в постоянном напряжении. Отходя ко сну, жители Брасса бросали обеспокоенные взгляды за реку, на огни вражеского лагеря, и, проснувшись, первым делом смотрели на красно-белые стяги Тронца, развевающиеся на ветру вдалеке.

Окна спальни Квентина выходили на реку, и бессонными ночами он проводил долгие часы, глядя на стан врага. Бездействие убивало. В академии их учили сражаться саблей, стрелять из ружей и командовать артиллерийским взводом. Но их не учили ждать, беспомощно наблюдая, как враг готовится к атаке, не в силах помешать ему. Армия Тронца подошла к берегу Льежа две недели назад. До этого в городе никто даже не знал о том, что Тронц напал на Баригор – гонец из Лурса принес весть об этом только через несколько дней после появления на горизонте красно-белых знамен. От немедленной атаки и неминуемого поражения город спасло только то, что зима выдалась теплой и лед на Льеже еще толком не встал даже в середине января. Но эта удача не могла длиться вечно, и налетевшие морозы приблизили неминуемое сражение. Герцог Кристоф приказал вывезти из города женщин, детей и стариков, но многие остались, не желая покидать свои дома, своих отцов, мужей и сыновей. И все они напряженно ждали.

Тронцийцы начали наступление ночью. Когда почти полный диск растущей луны поднялся над городом, озаряя серебристым светом темные улицы, колокол на дворцовой башне начал бить, оповещая об угрозе. Его удары быстро подхватили звонницы храмов Алора и колокола пожарных каланчей. Низкий угрожающий звон разлетелся по городу, пробуждая его жителей от беспокойного сна. Бом-бом-бом.

Квентин вскочил с кровати, в которую вечером лег одетым, натянул сапоги, схватил лежащую здесь же перевязь с оружием и вылетел в коридор. Во дворце стояла суета. Многочисленные офицеры, за последние две недели свезенные со всех концов провинции и расквартированные прямо в герцогском дворце, поднялись по тревоге и бежали в казармы к своим людям. Оставшиеся слуги с выражением ужаса на лицах торопились укрыться в подвале.

— Квентин! – В суматохе Квентин не заметил подошедшего сзади отца. Герцог был бодр и готов к бою, и лишь углубившиеся морщины выдавали, насколько тяжело ему дались прошедшие недели.