Книга Сумерки Баригора, страница 182 – Софья Соломонова

Все звуки вдруг пропали, и время как будто стало течь медленнее. Все, от солдат с обеих сторон до изможденных жертв, приведенных на заклание, подняли головы, не понимая, что происходит.

А затем последовал взрыв, полный магии, тьмы и энергии. Огромный, сочащийся мраком идол Атора взорвался изнутри, разлетевшись на мириады крошечных частиц. Волна энергии выбила стекла во дворце и сбила с ног шаманов и первые ряды их союзников. Грохот стоял такой, что сражение на несколько минут прекратилось, пока оглушенные бойцы с обеих сторон приходили в себя.

С громким звоном раскололся изумруд в навершие посоха Седрика, а сам некромант, тяжело дыша, упал на одно колено. Его тень снова вернулась в норму, и на лице больше не проступал череп. Граф Ардейн, еще секунду назад пышущий могуществом и энергией, казавшийся гигантом на фоне простых смертных, съежился до своего обычного размера или даже стал меньше, полностью истощенный сотворенным чудом.

— Как вы это сделали? – прошептал Регин, приходя в себя. Его глаза расширились, и он смотрел на некроманта со смесью ужаса и благоговения, почти как при их первой встрече, когда Седрик спас его жизнь.

— Идол… – Седрик едва мог говорить, его язык путался, и невооруженным взглядом было видно, что некромант балансирует на грани потери создания, – тоже… дерево…

Его глаза закатились, и он мешком осел на руки подхватившей его Виктории.

— Он жив? – спросил Регин дрожащим голосом.

Виктория быстро кивнула, рукавом платья стирая выступивший на лбу учителя пот. Она сама, как и другие некроманты, выглядела не сильно лучше, чем Седрик, но все же еще могла держаться на ногах.

Реймонд и Регин оставили их на попечение медиков, а сами переключили внимание на происходящее на площади.

Там творилось нечто невероятное. Шаманы, у которых из ушей текла кровь, в ужасе упали на колени, глядя на пустое место, где только что стоял их идол. Они кричали и стенали на своем языке, выдергивая себе волосы и царапая лица. Их жертвы, хоть и тоже контуженные, пользуясь моментом, всеми силами пытались уползти прочь от своих мучителей. Дальше на площади некоторые северяне складывали оружие или даже сами вспарывали себе животы, пораженные падением своего идола. Но большинство продолжало сражаться.

Главное же действо развернулось в небе. С падением идола, подпитывавшего темной энергией черные тучи над дворцом, свет Алора, порождаемый молитвой священников и жителей города, начал сиять все ярче и ярче. Будто само солнце помогало им. И этот свет, в очередной раз волной ударившись о тьму облаков, не разбился, как волна о берег, а снес их, подобно цунами. С каждой нотой молитвенного пения свет все больше теснил тьму. Порча Кавица пыталась сопротивляться, но без идола она ослабла, как раненый зверь, и уже не могла сопротивляться все набирающей силу благодати Алора.

Магические облака рассеялись, и дворец осветился ярким солнечным светом. Но битва не закончилась. Северяне и их приспешники понимали, что им не стоит ждать милости от баригорцев, и сражались отчаянно, стараясь забрать как можно больше противников с собой. Но без магической поддержки своих шаманов они не смогли долго противостоять силам Регина.

Солнце лишь немного сдвинулось по небосводу на запад, когда клинок Квентина пронзил грудь последнего шамана северян, обозначая конец сражения. Войско Аурверна поредело, от двух полков на ногах осталось меньше одного. Площадь была завалена трупами и телами раненых так плотно, что под ними не было видно брусчатки. Медики поспешили оказывать помощь выжившим. К ним присоединились и некроманты, успевшие немного оправиться от напряжения. Все, кроме Седрика, все еще не пришедшего в сознание. Жрецы смерти ходили между тел павших воинов и безошибочно указывали на тех, кто еще не воссоединился с Алором и, главное, имел шансы выжить.