Книга Дневник эльфийки, страница 33 – Марина Колесова

Я растерянно улыбнулась в ответ, не зная, что делать дальше. Мне не хотелось больше петь. Это был минутный порыв, и он закончился вместе с песней.

В это время к сцене подошел Дэн. Губы его недобро кривились и нервно подрагивали, а зло-прищуренные глаза превратились чуть ли не в щелку:

— Ты что здесь делаешь? – в упор глядя на меня, пьяным голосом выдохнул он.

— Я пела, – растерянно произнесла я.

— Слезай немедленно, я не позволю моей жене вертеться на подиуме. Тебе здесь не место!

— Дениска, ты не понимаешь. У твоей жены талант, ей будут рукоплескать все сцены мира, послушай старого зубра сцены, я никогда не ошибаюсь! – лысый толстяк тронул Дэна за плечо.

— Отвалите, Михал Михалыч, ищите себе сладкоголосых шлюх в другом месте, а если я увижу, что Вы снова к моей жене с чем-то подобным подкатываете, учтите, я на возраст Ваш не посмотрю, – резко оборвал его Дэн и, сбросив с плеча его руку, вновь обернулся ко мне: – Я непонятно сказал? Ты что застыла как изваяние, слезай!

Я, подхватив одной рукой подол платья, поспешно спустилась со сцены, и Дэн жестко схватил меня за плечо: – Запомни, если еще раз ты выставишь себя на потеху толпы, если еще раз такое повторится…

Договорить он не успел, уже на его плечо легла рука Ники и она тихим и воркующим голосом произнесла: – Дэн, мальчик мой, успокойся. Какая толпа? Она пела для меня. Это я её попросила. Или ты сердишься, что она постаралась доставить твоей матери удовольствие?

— Нет, мам, ты что… если для тебя, то конечно, – Дэн тут же сбавил тон, и разжал руку, которой больно сжимал мое плечо.

После чего Ника тут же увела меня в сторону и, усадив к столу, стала уговаривать съесть какое-нибудь пирожное.

Я выбрала корзиночку с взбитыми сливками и свежей клубникой.

Ника с ласковой улыбкой смотрела на меня, а потом тихо спросила:

— Лиечка, кстати, а на каком языке ты пела?

Пирожное застряло у меня в горле, я несколько раз судорожно вздохнула, закашлялась и, проглотив наконец застрявший кусок, поспешно приникла к чашке с чаем.

— Что с тобой, моя девочка? Ты чего так испугалась? – Ника озадаченно воззрилась на меня.

Некоторое время я подавленно молчала, не зная как можно объяснить, что я лишь сейчас осознала, что язык, на котором я говорю и общаюсь в этом мире мне вовсе неродной…

— Я… я даже не знаю, как сказать… – выдавила из себя я, со страхом взглянув на Нику. Помня, что она не выносит ложь, и зная, как часто она догадывается о моих даже потаенных мыслях, я побаивалась ей врать и старалась всячески избегать ситуаций, когда бы мне пришлось это сделать.

— Выдуманный что ли? Просто набор красивых звуковых сочетаний, так? – видя, как я смущена, Ника сама пришла мне на помощь.

— Ну не совсем… это язык эльфов, – я решила не врать.

— А понятно, – Ника с усмешкой покачала головой, – я слышала, что Толкиен разработал даже несколько эльфийских языков… но не думала, что один из них может быть столь красив. Это какой?

— Я не знала, что их несколько, я знаю только этот, – пролепетала я, все еще внутренне недоумевая, как же оказалось так, что язык этого мир сразу стал мне понятен и близок словно родной.

И тут я сообразила. Портал! Ну конечно же. Ведь не зря же меня в нем так корежило, а голову словно раздирало на части… Портал, оказывается не только перенес меня, он адаптировал мое лингвистическое восприятие этого мира, при этом мой родной язык отошел на второй план настолько, что я вспомнила о нем лишь сейчас, когда поняла, что спела на нем песню, которую знала с детства.