Книга Тетрадь в косую линейку, страница 725 – Марина Колесова

Минуты три молча слушал, затем хрипло спросил:

— Она сейчас где? Понял. Моё вмешательство нужно? Понял. Встречу отменяй, поезжай к ней, без вопросов. Если что-то нужно, сразу звони. Надеюсь, всё хорошо по итогу будет. Давай. На связи.

— Что-то с Таней? – озабоченно спросила я.

— Да, – кивнул босс, убирая телефон. – Сильное кровотечение открылось. Она сейчас в клинике у Лёши, но как я понял, прогнозы неблагоприятные.

— Да не должно ничего плохого там быть, – убеждённо проговорила я, а потом сосредоточилась и на меня навалилась информация, которую знать бы я не хотела, и я скривившись, раздражённо выдохнула: – Чёрт! Ну как же так?! Как же меня это всё достало! Меня надо ото всех изолировать навсегда. Ни с кем мне нельзя общаться и ничего нельзя говорить!

— Что случилось?! – озадаченно глядя на меня, поинтересовался босс.

— Да это я виновата, Вить. И ребёнка они потеряют. С Таней всё нормально будет, а малышка не выживет. Достало меня это всё! Достало! Вот к чему ни прикоснусь, всё наперекосяк идёт. Вот как так можно вывернуть всё?! Вот как?! – я облокотившись о стол, уткнула лицо в ладони.

— Алин, ты пояснить можешь, что произошло?

— Да абсурд полнейший произошёл! Вот что! И виновата в нём я.

— Я не понимаю, Алина. Причём тут ты? – продолжил расспросы босс.

Я подняла голову, и встретившись с ним глазами, проговорила:

— На Новый год помнишь Вадик мне подснежники в корзинке подарил, как в сказке «Двенадцать месяцев», чтобы меня порадовать? Я мол тоже волшебником побыть хочу, не всё тебе одной. Помнишь? И я, как последняя идиотка, стала спрашивать, что ему хочется, а он отнекиваться, что ничего. И я с огромным энергетическим посылом пожелала, чтобы сбылось самое несбыточное его желание. Вот чёрт меня дёрнул за язык в тот момент, не иначе! Потому что этот остолоп многократно после этого сетовал, что первая дочь у них будет, а не мальчишка. И в какой-то из дней сформулировал это как желание, типа хоть я и мечтал, чтобы первым пацан был, но уже никуда не денешься, а так бы хотелось. Ну вот и получите… Первым будет мальчишка теперь. Вселенной не сложно рокировочку провести и душу младенца попридержать ещё, если кому-то это в такую радость. А оно ему действительно было так надо и в радость окажется? Причём если хоть кто-то это ему сейчас скажет и вот это всё объяснит, он в лёгкую в окно выйдет и не будет у него никого… Лишь Танюша будет оплачивать два могильных холмика, и всё потому что я захотела сделать человеку приятное. Вот как с Аркадием. Как с «Терновником» тем же. Как только я хоть что-то для кого-то начинаю делать, всё идёт наперекосяк. Я ненавидеть себя начинаю.

— Алиночка, успокойся. Немедленно успокойся. Ты тут абсолютно не причём. Ерунда всё это. Забудь! – бос порывисто встал, подошёл ко мне, поднял со стула и крепко прижав к себе, начал ласково гладить по спине: – Всё хорошо, моя девочка. Не надо себя ненавидеть. Разберёмся. Всё хорошо будет. Ты услышала меня? Всё будет хорошо.

— Вить, для того, чтобы хорошо было, тебе надо поехать к нему и поддержать. Настроить на то, что это случайность, тяжёлое испытание, которое должно сплотить их с Танечкой, и тогда дальше всё хорошо будет. И ни в коем случае не говорить ему то, что сейчас тебе сказала. Он поймёт, конечно, когда-нибудь, что сложилось всё так, как просил, но пусть это будет как можно позже, когда острота восприятия утраты пройдёт. С Таней всё хорошо будет. Лёша всё отлично сделает и одну её не оставит, и поддержать постарается, и седацию, наверняка, догадается применить, а Вадику нужна поддержка. Поезжай и напои его, вот до беспамятства напои и одного до утра не оставляй. Пожалуйста. Можешь это для меня сделать?