Книга Тетрадь в косую линейку, страница 699 – Марина Колесова

— Да неужели? А почему оценки в электронном журнале я не видел? Иди, неси дневник, я посмотрю, что она тебе поставила.

— Она ничего не поставила, просто сказала: молодец, хорошо, садись. Я задачу у доски решала.

— Я сказал, дневник неси! Ты почему ещё стоишь? А ну бегом!

— Сейчас, пап, – девочка выбежала из гостиной и через пару минут вернулась с дневником в руках, который протянула отцу: – Вот, папа. Но там за сегодня нет оценок.

Иварс открыл дневник и грозным тоном спросил:

— Я не понял, почему опять задания домашние не записаны? Мне сколько раз повторять надо, что все задания должны быть записаны в дневник?

— Я в тетради записала.

— Мне плевать, где ты записала, я спрашиваю, почему они здесь не записаны, если я сказал, что их необходимо записывать здесь?

— Ольга Леопольдовна сказала, запишите в тетради. Я записала.

— Мне третий раз задать вопрос? Я задам! Тебе всё записывать в дневник сказал я! И меня интересует, почему ты моё распоряжение проигнорировала?! Почему?

— Потому что Ольга Леопольдовна забрала у нас дневники и отдала только после уроков, – нервно начав всхлипывать, проговорила девочка.

— Амалия, ты снова врёшь, но даже если представить, что всё было именно так, что тебе мешало дома переписать задание из тетради в дневник, если я просил тебя это делать?

— Я забыла.

— Великолепно! Ты снова забыла о моих распоряжениях. А что вообще ты помнишь? Сколько баллов заработала за неделю помнишь?

— Да, пап. Плюс двадцать и минус двести десять.

— Добавь к ним ещё минус тридцать за то, что о моих распоряжениях забыла. Итого сколько?

— Плюс двадцать, минус двести сорок, – нервно переступив с ноги на ногу, проговорила она.

— Хотя бы счёт не забыла, уже достижение. А если вместе суммировать, сколько будет?

— Минус двести двадцать.

— Меня интересует, Амалия, почему за прошлые дни ты не озадачилась заработать больше положительных баллов? Больше суток прошло, а плюсов не прибавилось. Тебя не стимулируют такие наказания? Мне надо более сурово наказывать тебя?

— Пожалуйста, не надо, папа. Я постараюсь исправиться. Я буду стараться. Очень стараться буду, – тут же принялась уверять его девочка.

Если честно, в момент разборки Иварса с дочерью мне стало казаться, что он готов начать наказывать её немедленно, чтобы сделать меня свидетельницей этого действа. Я напугалась и судорожно стала придумывать причины по котором могла бы срочно уйти, но к счастью Иварс не стал этого делать.

Поморщившись, он проронил:

— Хочется надеяться. Иди, вернись за стол.

Амалия вернулась на своё место, а к нам подошёл Тигран.

— Давай, рассказывай, чем похвастаться можешь, – проговорил Иварс.

— Я стих выучил к восьмому марта, мы на концерте будем читать, Рамиля Рашидовна сказала, я лучше всех читаю. И ещё в художественной школе мой рисунок второе место на конкурсе занял. Мы зимний лес рисовали.

— А спортом ты занимаешься? – поинтересовалась я.

— Нет, мне не нравится. Это Леону карате нравится, а мне рисовать нравится. Я художником буду, а не спортсменом, – уверенно заявил мне Тигран, и его ответ мне понравился, поскольку означал, что Иварс поощряет детей развивать именно те способности, к которым они имеют склонность. Жаль, что Амалию я не спросила, что ей нравится и чем дополнительно занимается.