Книга Тетрадь в косую линейку, страница 173 – Марина Колесова

Я хотела возмутиться, но босс просительно поднял свободную руку:

— Алин, прекрати дёргать ребёнка. Он ничего предосудительного не делает. Пошли, Игорь.

Они ушли, а мы с Ольгой остались у калитки.

— Он у Вас особенный, да? – осторожно спросила Ольга.

— Он у меня с ментальными отклонениями, а не особенный. Но к счастью не агрессивен и относительно адекватен. Поэтому потенциальной опасности ни для кого не представляет.

— Для мамы Вы странно о нём отзываетесь. Обычно все избегают слова отклонения, их теперь особенности называют.

— Я не любительница приукрашивать действительность. Что есть, то есть. И я не вижу необходимости заменять устоявшиеся термины другими, обозначающими по сути тоже самое. Для меня всю жизнь «особенные» это были одарённые дети. Теперь этим термином ущербных начали называть. Если кому-то от этого легче, пожалуйста, но я привыкла смотреть правде в глаза. Мой ребёнок никакой не особенный. Он неполноценный. И моя задача эту неполноценность максимально скомпенсировать. Чем я и занимаюсь. Так что не стесняйтесь при мне называть вещи своими именами. Я к этому нормально отношусь.

В это время к нам подошёл Дима, поздоровался и спросил:

— Алин, Игоря не видела, не знаешь, куда он делся? Оксана в душ пошла, он со мной сидел, я буквально на секунду отвлёкся на телефонный звонок, и он сбежал куда-то.

— Знаю. Сейчас вернётся, с Виктором Владимировичем пошёл улетевший у него днём через забор самолёт разыскивать. Кстати, познакомься, дочка Виктора Владимировича, Ольга. А это мой муж, Дмитрий.

— Очень приятно, – Дима с улыбкой кивнул Ольге и вновь повернулся ко мне: – Вот сдался ему этот самолёт. Пообещал же, что новый куплю, но нет, там видите ли солдатик в нём летал и бросить его он не может. Ночью он простудится, заболеет, и погибнет при исполнении. И Оксану достал, и меня. Теперь решил Виктора Владимировича озадачить. Это ты поспособствовала его этим нагрузить?

— Дмитрий, нет, папа сам вызвался. Ваша жена не причём. А это, кстати, очень гуманно не бросить попавшего в беду солдатика. Надеюсь, его сейчас найдут и спасательная операция удачно завершится.

В это время с воплем: «Мама, мы его нашли!» ко мне подбежал Игорь держа в руках самолётик и солдатика и начал радостно прыгать вокруг меня, выкрикивая: «Нашли! Нашли! Нашли!»

— Это замечательно, что нашли. Но может ты не будешь так орать? – поймав его за плечо и наклонившись к самому его уху, прошептала я.

Он сразу испуганно сжался и закивал:

— Мамочка, я больше не буду.

— Алин, ты опять ругаешь ребёнка? Вот что ты ему сказала, что он аж с лица спал? – к нам подошёл босс.

— Попросила не орать, – усмехнулась я.

— Он рад. Мы спасли его сержанта взвода. Почему он не может радостно поорать по этому поводу? Мы знаешь, как орали, если кого-то из окружения вывести удавалось? Раз в сто громче.

— В таком случае, я счастлива, что не на службе, и никто не орёт рядом со мной в сто раз громче, – иронично усмехнулась я. – Ладно, Виктор Владимирович, спасибо за содействие и спасение особо ценного солдатика. Пойдём мы с Вашего разрешения, разрешите откланяться.

— А вот не разрешу. Дмитрий, можно похищу Вашу супругу ненадолго? Мы пока самолёт искали, мне мысль одна насчёт завтрашних торгов пришла, было бы неплохо обсудить.