Книга Сердце ведьмы, страница 222 – Марина Колесова

— Зачем? С чего такое требование? – явно опешивший от такого, герцог коснулся её плеча.

— Я так хочу! – в голосе обернувшейся к нему Миранды зазвучала сталь. – И если ты не выполнишь моё желание, очень пожалеешь! Поэтому или через пару минут они будут висеть во дворе или считай себя вдовцом!

— Миледи! За что?! Смилостивитесь, молю. Я ни в чём не виновата! – стоящая в дверях Нора повалилась на колени, в ужасе заламывая руки: – Милорд, я же всегда всё исполняла к вашему благу. Смилуйтесь, не губите…

— Я жду… – глядя в глаза герцога, с напором проговорила Миранда.

— Хорошо… Я исполню твоё желание, – герцог едва заметно кивнул, потом развернувшись, шагнул к рыдающей на полу Норе и, не обращая внимания на её слёзные мольбы, за шиворот вытащил из комнаты.

Тем временем Миранда вновь склонилась над девушкой и продолжила её развязывать, а потом, подхватив подмышки, стащила с кровати и чуть ли не волоком подтащила к креслу, стоящему у окна, и, усадив в него, распахнула створки:

— Смотри!

Вцепившись в ручки кресла сведёнными судорогой пальцами и трясясь в приступе непрекращающегося озноба, девушка подалась вся вперёд, всматриваясь в разворачивающееся перед её окнами действо. А Миранда встала рядом и положила ей руку на затылок.

Через некоторое время озноб девушки стал уменьшаться, а потом и вовсе пропал, и, расслабившись, она обмякла в кресле, прикрыв глаза.

В это время в комнату вошёл герцог и достаточно холодным тоном осведомился:

— Ну как, удовлетворена?

— Да, милорд. Я удовлетворена, – обернувшись к нему, кивнула Миранда. – Благодарю вас. Только это не всё. Люсьену нам нужно будет забрать с собой.

— Это ещё зачем?

— Милорд, девушка больна и ослаблена. Здесь больше некому за ней ухаживать, да и мне хотелось бы иметь возможность наблюдать за ней к нашему и её благу.

— Я ничего не понимаю, миледи. Вы сами потребовали казнить её опекунов зачем-то. Теперь сетуете, что за ней некому ухаживать. Вы можете объяснить, что стоит за всеми этими требованиями?

— Попытка гарантированно сохранить жизни всем, милорд. Вы либо мне верите и делаете то, что говорю, либо не верите и потом поливаете цветы на моей могилке.

— Ничего я поливать не стану, потому что сейчас её тоже вздёрну рядом с её опекунами, и пусть проклинает меня! – герцог подошёл к девушке и, рывком подняв с кресла, зло тряхнул, проговорив с угрозой: – Ты не того, кого надо, ненавидишь, маленькая бессовестная тварь… Ненавидеть тебе надо меня, потому что перед тем, как тебя вздёрнуть, я такое с тобой сделаю, что мечтать сдохнуть будешь!

— С ней уже сделали! И сдохнуть она уже мечтает! Так что оставь её и не усердствуй, если не хочешь второй раз вдовцом остаться! – рявкнула ему прямо над ухом Миранда таким тоном, что герцог моментально вновь опустил испуганно сжавшуюся в его руках девушку обратно в кресло и повернулся к Миранде:

— Что с ней сделали?

— Долго насиловали в извращённой форме, пользуясь тем, что говорить она теперь не может, а писать ей не давали.

— Зачем? – ошеломлённо осведомился он.

— Ты меня спрашиваешь? Без понятия зачем. Это у Норы твоей вместе с её сообщником надо было спрашивать, зачем им это понадобилось.

— Почему сразу об этом не сказала? Я бы допросил её перед тем, как вздёрнуть.

— Вот узнал бы ты, что это ей, например, доставляло удовольствие, и что бы это изменило, кроме как удовлетворило твоё любопытство?