Книга Сердце ведьмы, страница 145 – Марина Колесова

— Милорд, не надо! – с ужасом глядя на него, просительно выдохнула Миранда.

— Помолчи! Иначе не только язык ей вырежу, а вообще четвертовать прикажу! – со злостью выдохнул герцог и поволок задыхающуюся в его руках Люсьену к лавке в углу.

В это время в комнату вбежала Нора, держащая в руках нож и пару полотенец, и ещё двое слуг. Слуги окружили герцога и, прижав к лавке извивающуюся Люсьену, помогли выполнить задуманное им. После чего запихнули ей в рот полотенце и под присмотром Норы вынесли прочь из комнаты.

Герцог тем временем, вытерев окровавленные руки, шагнул к Миранде:

— Я так понимаю, нам имеет смысл съездить к Его Святейшеству, причём немедленно, – властно выдохнул он.

— Зачем, милорд?

— Он должен знать, как можно нейтрализовать подобное проклятье. Пусть лучше меня потом казнит, лишь вам поможет избежать напророченной участи.

— Милорд, успокойтесь. У неё не было сил, поэтому все её пожелания не более чем слова. Забудьте о них.

— Вы уверены, миледи?

— Абсолютно. Весь потенциал, который она имела, она израсходовала на проклятье вам. Так что сейчас это были лишь злые пожелания и не более. Не стоит им придавать хоть какое-то значение.

— И всё же мне бы было спокойнее, если бы мы рассказали о том главному инквизитору.

— И думать забудьте! Он ничего не сделает, лишь воспользуется ситуацией и запрёт меня в своём дворце, чтобы вовек я к болотам не подходила.

— О! Точно! Отныне никаких болот!

— Милорд, вы что, пленницей держать меня хотите? Я же умру от тоски, если вы меня в замке под замок посадите. Сжальтесь! Ведь не было никакого проклятья, говорю вам!

— Кстати, ведьмы, не имея языка, проклинать способны?

— Она точно не способна. Про других сказать не возьмусь. Разные бывают.

— Вот сразу надо было её языка лишить. Жаль, что поздно догадался.

— Почему поздно? Не успела она никого проклясть, говорю же.

— Мне спокойнее было бы, если бы даже слов таких не сумела бы произнести… Ведь какая дрянь… Ну да ладно, я ещё заставлю её пожалеть о сказанном! Мерзавка! Вы, кстати, тоже хороши! Вот зачем с ней наедине потребовали остаться?

— Я образумить её хотела. Думала, увидит, что зла ей не желаю, и перестанет так злиться, а вышло наоборот, к сожалению.

— Вот все женщины лишь задним умом сильны… Хотя я тоже хорош, доверился вам, оставил одну, хотя уже знал, на что девка способна… Ладно, будем надеяться и вправду, лишь слова это были. Но на болота теперь и думать не смейте ездить! Понятно? Никаких болот! Узнаю, что в ту сторону хотя бы посмотрели, под замок посажу, так и знайте, миледи!

— Хорошо, хорошо. В сторону болот даже смотреть не стану. Только не нервничайте так.

В это время в дверь постучали, и, получив разрешение войти, в комнату заглянула Нора:

— Какие ещё распоряжения будут, Ваша Светлость?

— Как она?

— Нормально. Кровотечение остановила. Больно ей, конечно, плачет, но ничего критичного.

— Сегодня дашь ей отдохнуть, а начиная с завтрашнего дня начнёшь наказывать так, чтобы к следующему моему приезду как шёлковая девка была! Понятно? Иначе драть нещадно уже тебя прикажу!

— Да, я поняла, Ваша Светлость. Исполню. Не извольте сомневаться.

— Вот и хорошо. А сейчас проводи нас.

Глава 33

Когда они вернулись в замок, герцог по-прежнему был в крайне раздражённом состоянии, не сдерживаясь, орал на слуг, раздавал приказы о наказании, за некстати заданный вопрос сурово отчитал сына. Поэтому, когда после ужина один из старших оруженосцев герцога, держащий канделябр, отвлёкшись, нечаянно зацепил им край платья Миранды и немного подпалил его, реакция последовала ужасающая. Герцог, шедший с ним рядом, схватил юношу за волосы и рванул в сторону так, что тот упал, при этом уронив канделябр на пол. При этом выпавшие свечи, которые были потушены достаточно быстро подбежавшими к ними слугами, прожгли в нескольких местах ковёр, и это решило судьбу бедного юноши окончательно. Герцог приказал отвести его на конюшню и запороть насмерть, чтоб другим неповадно было так себя вести.