Книга Сердце ведьмы, страница 141 – Марина Колесова

— Я же говорила уже, я могу распознаваться колдунов, могу видеть, как они работают, нейтрализовать их воздействие могу. Ему хочется использовать мои способности по своему усмотрению. А мне не хочется это делать. Джон был способом заставить меня это делать. Он понял, что раз я спасла его, защищать и дальше буду. И решил использовать как рычаг для управления мною, а вы испортили все его планы.

— Меня вы так защищать не будете?

— Уже защитила, и он понял это, и это ему понравилось, так что в следующем раунде он постарается всё-таки прогнуть меня, и, скорее всего, это ему удастся… Но пусть лучше так, чем пытать вашу дочь будет у меня на глазах. Это гораздо более тяжёлое зрелище, чем просто угроза вас в чём-то обвинить, да и вас он через неё прижал бы гораздо сильнее. Так что пока мы сумели минимизировать наш позиционный проигрыш, который образовался за счёт наличия у вас такой дочери и её проклятья.

— То есть настоящие колдуны всё же есть?

— Инквизиция появилась не без оснований, милорд… Так что всё есть. Другое дело, что колдуном легко можно признать и не колдуна, если кому-то это выгодно. Но это уже другая сторона дела.

— Дорогая моя, – герцог пересел на её сторону кареты, нежно прижал к себе, – какая вы у меня необыкновенная… Я не перестаю вами восхищаться. Какое счастье, что вы стали моей супругой.

— Полноте, милорд. Получив меня в супруги, вы получили сплошные проблемы на собственную голову и скромное приданое, на которое, к сожалению, позарились, и более ничего. Так что особого счастья в этом не вижу.

— Будь у меня сейчас возможность всё изменить, я бы ни за что не стал ничего менять, и не из-за приданого… Я на вас теперь и без него бы женился.

— Что ж, такое ваше отношение не может меня не радовать, но поживём, увидим, не поменяется ли оно со временем. Игра-то только началась, милорд.

Глава 32

Через неделю, когда самочувствие Миранды окончательно улучшилось, они с герцогом после обеда поехали покататься по лесу, и он предложил навестить Люсьену.

— Я не против, – согласилась Миранды, и они развернули лошадей в сторону её дома.

Как только они подъехали к воротам, которые быстро распахнули издали увидевшие их слуги, в сад выбежала кланяющаяся Нора:

— Рада приветствовать вас, Ваши Светлости… Милости просим, заждались, заждались…

— Где Люсьена? – хмуро осведомился герцог, спрыгивая с коня и помогая спуститься Миранде.

— Наказана и молитвы учит, как вы и приказывали. Я не позволяю теперь ей ни гулять, ни свободное время иметь. До обеда молитвы учит, после обеда спрашиваю их, и, если хорошо выучила, рукоделием разрешаю заняться до вечера, а коли плохо, наказываю и вновь учить заставляю. Сегодня вот выучила плохо.

— Проводи нас к ней.

— Да, конечно, Ваша Светлость, как изволите.

Они прошли в дом, и Нора провела их в комнату, посередине которой на коленях стояла Люсьена с молитвенником в руках и, негромко всхлипывая, читала молитву.

Обернувшись и увидев их, она вздрогнула, опустила молитвенник и, не вставая с колен, поспешно проговорила:

— Добрый день, Ваши Светлости, я рада вас видеть.

— За что наказана? – герцог подошёл к ней ближе.

— За нестарательность, Ваша Светлость, – Люсьена потупилась. – Я плохо выучила шестнадцатый псалом. Шесть ошибок допустила. Нора велела теперь его лучше выучить и ещё семнадцатый.