Книга Радиоволна, или Соло втроем, страница 29 – Марина Колесова

— Тетя меня убьет…

— Не убьет. Поругаться, может и поругается. Но не убьет это точно. Так что не вешай нос. Прорвемся, где наша не пропадала, – Дима подмигнул ей и шагнул к машине.

— Но ты хоть позвонишь? – она схватила его за руку.

— Там нет связи.

— А когда вернешься?

— Вот когда вернусь, то обязательно сразу позвоню, – он притянул её к себе, чмокнул в щеку, а затем резко отстранившись, сел опять в такси.

— Но ты же не знаешь телефон тети…

— Я на твой мобильный позвоню, – усмехнулся он через окно, и машина, сдав назад, выехала со двора.

Ира положила деньги в карман, села на лавочку рядом с вещами и прижала руки к щекам. Ей страшно было представить, как она сейчас поднимется и позвонит в квартиру тети. Очень хотелось плакать, но плакать на улице было стыдно. Посидев так некоторое время, Ира, наконец, сумела пересилить себя и, поднявшись, взяла вещи и вошла в подъезд.

Подойдя к двери, она поставила вещи и, зажмурившись, нажала на кнопку звонка.

— Кто там? – почти тут же раздался из-за двери мелодичный голос тети.

— Это Ира, тетя Рита, – дрожащим от волнения голосом ответила она и, услышав щелчок замка, открыла глаза.

Тетя еще не переоделась после работы и стояла перед ней в элегантном темно-вишневом шелковом костюме. Красивая, пахнущая дорогими изысканными духами.

— Заходи, племянница, что жмешься на пороге.

— Я с вещами… – потупившись, тихо проговорила Ира.

— Да уж вижу, не слепая, – с усмешкой оглядев ее, шире распахнула она дверь.

Ира вошла и составила сумки в углу. Тетя заперла дверь и обернулась к ней:

— Ужинала или голодная?

— Нет, не ужинала.

— Тогда проходи, мой руки, вместе поедим, я тоже еще не ужинала.

* * *

Они сидели за столом в большой комнате и молча ели. Ира чувствовала, что надо что-то сказать, как-то объяснить и свое долгое отсутствие и то, что за все это время ни разу не позвонила тете, но слов не находилось.

Поев, тетя попросила её заварить чай. Ира прошла на кухню. Привычным движением включила чайник, достала заварку. Все стояло на своих местах, и ей на мгновение показалось, что она никуда не уезжала… А потом молнией озарила мысль, что ей надо сказать про беременность и аборт. Кровь сразу прилила к вискам, и сердце застучало как бешеное. Понимая, что рассказать все равно все надо и чем быстрее тем лучше, Ира внутренне решила: «Скажу, когда выпьет чай» и, заварив чай, понесла чайник в комнату.

Тетя тем временем достала красивый сервиз китайского фарфора и огромную коробку конфет.

— Неделю назад один клиент подарил, – с улыбкой пояснила она, указывая на конфеты, – я еще подумала, уж больно красивые, чтобы одной есть, надо подождать, может в гости кто придет. Вот и дождалась.

— Спасибо, – только и смогла пробормотать Ира, разливая чай по чашкам.

Пили чай они тоже молча. Наконец тетя отставила чашку и выжидательно посмотрела на нее:

— Рассказать ничего не хочешь, племянница? Если нет, то я пойду к себе, а ты сама уж тут дальше хозяйничай.

— Мне надо сказать… – Ира нервно сжала руки перед собой.

— Раз надо, то говори.

Облизнув пересохшие от волнения губы, Ира потупилась. Слова застряли где-то в горле, и она не могла выдавить из себя ни звука.

— Ир, я не кусаюсь, говори что хотела, не бойся.

— Понимаете, тетя Рита, – выдавила из себя Ира и вновь замолчала.