Книга Чуждость, страница 37 – Марина Колесова

— Доктор, люди всегда стремятся к совершенству. Так вот, мне всегда хотелось, чтобы моя жена внешностью походила на греческую богиню, и она, как Вы уже знаете, пошла навстречу моим желаниям.

— А Вы оказывается эстет, господин Вельд, – рассмеялся врач. – Ладно. Получите Вы свою богиню через пару недель, а сейчас не тревожьте ее. Ей тяжело общаться.

Чем закончился разговор, она не слышала, провалившись во мрак бессознательного состояния, а когда очнулась, рядом с ней была лишь молоденькая сиделка, сообщившая с очаровательной улыбкой, что готова выполнить любой её каприз.

Доктора она больше не видела, бинты через неделю с неё снял Шон самостоятельно, после чего подвел к зеркалу:

— Ну как? Тебе нравится твоя новая внешность? На мой взгляд, как только окончательно спадет отечность и рассосутся синяки, будет очаровательно.

— Шон, я вовсе не похожа на твою Вики! Врач сделал что-то не то! – она отшатнулась от зеркала. – Как я буду выступать под её именем?

— Не генери! Все не так плохо. Врач, конечно, явно просчитался. Но тебе идет… И потом, тебе делали пластику под именем Вики и весь институт в курсе этого, так что отличия будут выглядеть естественно.

— Шон, а как ты потом нас обменяешь? И как она дала тебе на такое согласие? Она что потом тоже пластику делать станет?

— Она очень хочет за меня замуж, поэтому согласилась без колебаний. Сейчас она сидит у меня дома, считая, что уже в декрете и ждет замужества, которое я пообещал ей после твоего выступления на конференции. Так что никакая пластика ей не понадобится, роды меняют внешность многих. Одним словом, не волнуйся, все утрясется. И вообще не лезь в организаторские вопросы, я с ними разбираюсь лучше. Твоя сфера – наука. Вот ей и занимайся. Продумай, как преподнесешь тему на конференции. Какие наглядные пособия нужны. Какие слайды делать. А мою вотчину не трогай. Просто поверь, что все будет, как всегда, в ажуре и расслабься.

— Что-то все больше и больше не нравится мне этот маскарад, Шон… Надо было Риммана послать и дело с концом.

— Коней на переправе не меняют. Ты уже ввязалась в это, так что поезд ушел, метаться поздно. Кстати, Гарнери подготовил отчет по последним снятым показаниям. Когда будет желание, можешь посмотреть, он выложен во внутренней сети на сайте отдела. Доступ у тебя есть.

— Прямо сейчас посмотрю.

— Хорошо, ноут с доступом в сеть тебе сейчас принесут. Только не сиди за ним часами. Тебе напрягаться пока вредно. И учти, нарушишь предписания, отберу его.

— Ну ты и раскомандовался… – она мрачно усмехнулась. – Бедная Вики, и как только она согласна замуж за тебя идти? Ты стал деспотом.

— Почему я деспот? Ты что не понимаешь, что если осложнения у тебя начнутся, все полетит коту под хвост? Не жалеешь себя, хоть деньги институтские пожалей. Я на хирурга и подготовку к конференции такие деньги угрохал – упасть, не встать… Так что без капризов, пожалуйста.

— Ладно, пререкаться поздно. До конференции твоя власть, но после неё ни дня такого твоего отношения терпеть не стану. В отделе запрусь, и что б лезть ко мне со своими командами не смел! Понятно?

— Тихо, тихо, миледи, – он игриво склонился перед ней, – никто Вами не командует и командовать не собирается. Не надо подобных угроз.

— Это не угрозы… Это мое горячее желание. Общение с тобой стало меня напрягать.