Книга Рейнджеры, страница 23 – Марина Колесова

— Алекс, пожалей ты её… Это же рехнуться можно столько времени в капсуле провести в полном сознании.

— Она девочка сильная, не рехнется, зато мозги себе хорошенько перетряхнет. И всё, хватит пререкаться, уходи, а то ещё дольше её так продержу.

— Иди, Крис, с Алексом спорить бесполезно, – Элька поймала его взгляд и лукаво подмигнула. – Я постараюсь не свихнуться. И да, спасибо, что вытащил, я уже и не надеялась.

— Тебе того же, сестрёнка. Держись, – он подмигнул ей в ответ, – главное, что ты жива.

* * *

Три следующих дня были для Эльки сущим кошмаром. Полная обездвиженность и невозможность воспринимать никакую информацию извне угнетала, но ещё больше угнетали те несколько часов в день, когда Алекс отключал аппаратуру и читал ей нудные лекции о том, что выполнение инструкций является непреложным в любых обстоятельствах и при любых ситуациях. Что это должно быть на подсознательном уровне и даже мысль о возможности их игнорирования недопустима по определению.

По опыту зная, что спор со старшим инструктором бесперспективен, Элька предпочитала все подобные лекции выслушивать молча. Лишь изредка на прямой вопрос типа: «Ты поняла?», она едва заметно кивала, или говорила, что всё приняла к сведению.

На четвертый день Алекс позволил ей встать и сообщил, что её ждут в зале Советов через два часа, в течение которых она может привести себя в порядок.

Войдя в предоставленную ей каюту, Элька первым делом отправилась в душ. Где стоя под горячими струями воды, мурлыкала себе под нос незатейливую песенку, поскольку настроение у неё было хорошим. Во-первых, обременительное заточение в реанимационной капсуле наконец-то закончилось. Во-вторых, сопровождаемых она хоть и не без трудностей, но доставила на базу. А в-третьих, вот что ей могут сделать? Объявить выговор и лишить отпуска? Так она и так в нём не была ни разу… Совсем запретить бывать на базе? Так это хоть и обидно, но тоже не особенно страшно, переживет как-нибудь… Одним словом, Элька мылась в душе и радовалась жизни, понимая, что подобное удовольствие ей теперь может представиться очень нескоро, если вообще представится когда-то.

Через два часа она, немного волнуясь, вошла в приемную зала Советов.

— Вас уже ждут, заходите, – вставшая секретарша тут же распахнула перед ней дверь.

Элька вошла и в растерянности замерла на пороге.

Из членов Совета в зале был только Адмирал, который, стоя у стола недалеко от входа, о чём-то беседовал с Алексом.

— Разрешите войти? – несмело осведомилась она.

— Заходи, заходи, – Адмирал поманил её рукой.

— Рейнджер Элеонора прибыла, – приблизившись к нему начала стандартно рапортовать она, но Адмирал не дослушал.

— Всё, расслабься и выдохни. С сегодняшнего дня ты не рейнджер и подобной субординацией можешь не озадачиваться.

— Как так? – непонимающе распахнула глаза Элька.

— А вот так, – с усмешкой качнул он головой. – Совет ещё два дня назад единогласно посчитал, что ситуация с тобой настолько очевидна, что твои пояснения в общем-то и не требуются, и вынес решение об отстранении тебя от работы вне базы. Будешь теперь здесь работать.

— Но я… я не согласна… – в замешательстве замотала она головой, – к тому же там для переброски целая группа готова, Крису одному не справиться…

— Об этом надо было раньше думать, а так, считай, что он тебя не вытащил, и о работе вне базы забудь.