Книга В плену королевских пристрастий, страница 214 – Марина Колесова

— Мне тоже нужна твоя помощь! – Луиза обхватила ее руками и прижалась к ней. – Очень нужна!

— Луиза, я предупреждала! – игуменья шагнула к ним, но Алина просительно взглянув на нее, остановила ее жестом, и та, укоризненно покачав головой, остановилась.

— Ласточка моя, я понимаю, что тебе очень хочется. Но в случае с Катариной речь идет о том, что она не может обойтись без моей помощи. Разве тебе это тоже столь необходимо?

— А что с ней?

— Маленькая моя, у каждого человека есть право хранить что-то в тайне ото всех кроме исповедника и Бога. Это ее тайна и раскрыть я тебе ее не могу, это лишь ее право. Я рада, что ты простила ее… Не каждому даровано умение прощать и не держать зла на сердце. Это очень ценное качество, и я горжусь, что у моей дочери оно есть. Катарине сейчас очень необходимо твое прощение и еще необходима ваша с Марией любовь. Ей очень сложно и трудно, поверь мне. Ей даже тяжелее, чем вам с Марией здесь. Так что не завидуй ей. Завидовать абсолютно нечему.

Луиза обернулась к Катарине по-прежнему стоящей на коленях.

— Встань, Кэти, я давно простила тебя, и даже не сержусь на тебя нисколько, мне лишь тоже хочется домой, поэтому позавидовала, что ты с мамой, хоть и не любишь ее совсем.

— Теперь люблю, всем сердцем люблю, Луиза. Матушка спасла меня, и от страшной смерти спасла, и душу мою спасти стремится… Так что я действительно все врала тогда… Ты была абсолютно права. Так что я вдвойне перед тобой виновата, – не вставая с колен, тихо проговорила Кэти.

— Сказала же, что простила, вставай, – Луиза потеребила ее за плечо. – Расскажи лучше, как в замке сейчас, как папа, что леди Гиз делает? Ой, я совсем спросить забыла, матушка, и Вы мне не сказали ничего. Кто родился-то у Вас: мальчик или девочка? У нас еще одна сестра или брат теперь есть?

— Ты что ничего не знаешь? – начавшая было подниматься с колен, Кэти вновь осела на пол.

— Что не знаю? – удивленно спросила Луиза.

— Умер у меня ребенок, – тихо проговорила Алина и взяла Кэти за плечо, – поднимайся, пойдем посидим на скамеечке все вместе, что стоять посреди залы.

— Как умер? – Мария потянула Алину за руку. – Когда умер? Почему Вы нам ничего не сказали?

— Извини, милая, не знала я, что не сказали вам о том, – Алина, грустно улыбнувшись, ласково погладила ее по голове, – Вот и не рассказала.

— Это что, еще до того как папа нас сюда отправил, произошло? – подавленно спросила та.

— Да, моя хорошая. При родах он умер, и я сразу в монастырь уехала после этого, а когда вернулась, узнала, что и вы уже в монастыре… Поэтому и думала, что вам сказали.

— Нас папа из-за этого в монастырь отправил? – Луиза испытующе посмотрела на нее.

— Все сложней, дорогие мои… Тут так сразу и не объяснишь… Может, все же присядем? – она отошла к скамейке и села, Мария и Луиза сели рядом, Кэти чуть поодаль.

— Дома у нас небезопасно вам оставаться было… Поэтому папа и отправил вас сюда. Он боится за вас, хорошие мои, – продолжила герцогиня, – И еще хочет, чтоб с пути истинного вы не сбились… Пройдет время, вы твердую веру обретете, такую, чтоб не сбило вас с пути истинного никакое искушение, тогда и вернуться домой позволит и женихов вам найдет хороших… Все будет хорошо, ласточки мои любимые.

— А от чего у вас ребенок умер, матушка?