Книга Замок из дождя, страница 24 – Сеславия Северэлла

— Эльза знает?

— О чем?

— Ведомо ли ей, что именно на дуэли с Вешняковым погиб её муж? – Муравлин затянулся посильнее.

— Ты и мне никогда об этом не говорил, – Ирина была поражена и озадачена, – за последнее время столько всего произошло. Некий Формер интересует и Лизу, и Петра. Этот ваш полковой лекарь загадочная личность.

— Формер? Ах, вот как, план мести в самом разгаре. Полагаю, Панютин в опасности. И я должен ему помочь, – Павел перестал курить.

— А как же с Вешняковыми? Луиза Леонтьевна такая милая, – несмело произнесла Ирина. Павел скептически хмыкнул.

— Милая!? Дочь Формера милая. Через неделю, когда разъедутся оставшиеся гости, мне нужно будет уехать на какое-то время.

— Куда?

— Я потом тебе все расскажу, – он хотел ещё что-то добавить, но положил трубку на столик, и промолчал.

Незаметно и быстро наступил август. Эльза никуда не выезжала из имения. Она, сидя в плетеном кресле на веранде, читала письмо от сына, который вернулся на фронт и участвовал в начавшейся осаде Варны. Рядом с ней стоял купец Прохор Солодухин, с которым Левина давно имела торговые дела.

— Да сядь ты, Прохор Степанович, в ногах правды нет, – сворачивая письмо, произнесла она.

— Может, и нет, матушка, да только спешим мы. И посему касательно нашего дела поговорить бы надобно.

— Хорошо. Я даю тебе половину капитала, и людей. Деньги получишь завтра, людей на строительство мануфактуры подберем дней за десять.

Солодухин огладил небольшую бороду, видно был доволен.

— Смотри, Прохор Степанович, не подведи меня.

— Слово купеческое даю. За то не волнуйтесь, как обещал, с половины вашей прибыли часовенку справим да странноприимный дом.

— Через пару месяцев я приеду к тебе посмотреть на строительство.

— Ладно, матушка, будем ожидать.

Внезапно к дому, верхом подъехала Ирина. Она как заправский наездник соскочила с коня, и чуть не сбив с ног уходящего купца, поспешила к Эльзе.

— Лиза! – прокричала запыхавшаяся женщина, – Лиза! Петр и мой муж умирают в Костроме.

Эльза подскочила к подруге, пытаясь усадить её, но та, борясь со слезами, делала все, чтобы связанно рассказать о происшедшем.

— Знаешь, Панютин поехал туда по казенной надобности, и заодно хотел навестить заболевшего князя Щербатова^[29], шефа Костромского мушкетерского полка и своего хорошего знакомого, – Ирина говорила сквозь слезы, – и там это и случилось. Мой муж сказал перед отъездом, что это месть … и он хотел помочь Петру …

— Месть? Чья? За что? – Эльза стояла, словно пораженная громом. – Едем! – только и смогла проговорить Эльза. – Я велю закладывать карету.

Юлия Алаповская стояла в кабинете дома графа Формера, и разглядывала простреленный портрет Карла Формера.

— Вы всегда заботились обо мне Леонтий Потапович, помогите и теперь, – настойчиво попросила девушка.

— То, что ты хочешь, путает мои карты. Ты же знаешь, гибель моего сына Карла должна быть отомщена.

— Вы, как всегда недоговариваете, мой покровитель, – Юлия дерзко заглянула в глаза графу, – и оставляете ваши тайны при себе. Но насколько я понимаю, смерть Панютина, убившего графа Карла Леонтьевича Формера на дуэли, вполне бы удовлетворила ваши желания. Ведь, у вас как всегда было несколько планов. И потом разве не вы отнесли портрет поручика Мелецкого баронессе?