Книга Сады Жарден, страница 39 – Сергей Пузырев

— Саша, я не могу оставить тебя здесь… И ты… Ты не должна этого делать…

Саша крепко обнимает девушку и шепчет ей на ухо.

— Сборник, что подарил мне Леша. Возьми его себе. Сохрани память о нас, – она отпускает ее, и обе вытирают слезы. – Это мой выбор, и это, пожалуй, первый раз, когда я делаю это не жалея не о чем. Ты только помни меня, помни нашу дружбу и все то, что мы пережили вместе. Помни и храни память до конца своих дней. Обещаешь?

— Обещаю!

Маша выходит из багажного вагона. Она помогает Саше отцепить состав и остается на останавливающейся части. Поезд с багажным вагоном скрывается за поворотом, откуда слышится шум взрыва, а белоснежные просторы окрашиваются теплым оранжевым цветом.

Пожилая женщина, сложа руки на коленях, смотрит в чистое голубое летнее небо. Ее внучка сидит рядом и рассматривает фотографию.

— Вот так, Александра Раскова помогла мне выбраться из охваченного революцией Петрограда. Стоит признаться, не твоему деду я приношу сюда цветы. Он был хорошим человеком, но легкомысленным повесой и жутким бабником. Тогда я еще не знала, что беременна, и удивляюсь, каким чудом ребенок не пострадал после того случая в багажном вагоне, – женщина удивленно ухмыльнулась. – Попав в Хельсинки, я нашла друзей Алексея, которые радостью приютили меня. На обратной стороне фотографии написан их адрес. Видимо он оставил его на всякий случай… Так я получила возможность начать новую счастливую жизнь вместе со своим прелестной дочерью, которую назвала…

— Елизавета! Какая удивительная история, бабушка! И почему ты хранила ее столько лет в тайне? Мама знает? Меня она назвала в честь Александры?

— Она упиралась, но да, я настояла. Всей правды ей знать не нужно, да она в отличие от тебя и не хотела этого. А я давала обещание помнить, но не разбалтывать на каждом шагу. Да и это была не последняя революция в России. Уже осень новая власть бежала из страны, так же как и мы в свое время. Мне не хотелось привлекать к себе лишнее внимание. А потом на нашу с ней голову свалилось еще много бед, – женщина тяжело вздыхает. – В общем, история моей молодости, которая показывает меня не с самой лучшей стороны, никогда не была предметом горячего интереса.

— Я рада, что ты мне все рассказала, – девушка обняла бабушку, прижавшись к ней. – Ты и эта женщина действительно были великолепны. Вы можете послужить идеалом для многих сломленных жизнью женщин по всему миру. Память об этом необходимо хранить!

— Ты смотри не увлекайся этими идеями. Саша бы тебя за такие речи сейчас же отчитала! – пожурила бабушка внучку. – Ладно, уж, наверное, нам уже пора. Ты не поймаешь нам такси, милая?

— Конечно. Ты сиди пока здесь, а я сейчас приду.

Девушка уходит, оставляя пожилую женщину одну наедине со своими мыслями. Она сидит и смотрит на памятник, к которому недавно положила цветы. Воспоминания вспыхнули в ней и погасли одновременно быстро, оставив после себя вкус горечи и грусти. Жаркое солнце нагревает воздух до такой степени, что даже в тени сидеть уже не очень то и комфортно. Женщина встает со скамейки, чтобы получше рассмотреть цветы на клумбах. В этот момент вдалеке около монумента она замечает пожилая пара: чуть сгорбленная женщина и хромающий мужчина. Они замечают ее и, улыбаясь, кивают головой. Она машет рукой им в ответ.

— В самом деле, от правды бежать бессмысленно, но даже спустя столько лет, мы до сих пор делаем это, – довольная она говорит сама себе.