Книга Советско-Вьетнамский роман, страница 61 – Андрей Фальков

Сержант помолчал.

— Нет вопросов? Молодцы. Держать язык за зубами полезно. А теперь разойдись! Чтоб я вас до обеда не видел!

* * *

— Осмотрелся. Встал. Бегом. Бегом, бегом! Лечь!

Сильвестр нырнул в вонючую лужу.

— Встать!

Сержант недовольно задергал головой. Макарони уже хорошо узнал его и понимал, что когда щека дергается влево, это означает недовольство, а когда вправо – удовлетворение. Он знал, что глаза у сержанта смотрят в разные стороны после того, как он попал в ловушку вьетконговцев на тропе. Ловушка сработала плохо, и сержант не потерял голову, а только получил по ней изрядный удар. Он знал, что во взводе уже погибли двое, и именно после первой гибели рядового сержант Дойли завел себе нож. И все знали, что этот нож действительно перерезал горло троим вьетконговцам.

На этот раз щека дергалась влево. Сержант был крайне недоволен.

— Я научу вас дерьмо жрать! – кричал он. – Вы двигаетесь как улитки. А вьетконговцы любоваться на вас не будут. Они будут стрелять. Поэтому действовать надо стремительно. Быстро высунулся, огляделся, наметил следующее укрытие. Вскочил – и бегом, бегом к этому укрытию. Бегом! И сразу лег возле укрытия и перекатился под него. Почему перекатился? Чтобы снайпер места вашего падения не засек! Поняли? Повторяем.

Место для занятий сержант выбрал интересное. На нем было много укрытий, но возле каждого из них располагалась большая вонючая лужа. И прежде чем залечь на свое место, новичок должен был нырнуть в эту лужу.

Сильвестра возмущало такое поведение сержанта. Другие взводы уже побывали в бою, а их взвод каким-то образом вместо боя нырял в вонючие лужи. Как удавалось сержанту отсрочить их выступление, оставалось загадкой.

Последний сюрприз от сержанта Дойла ожидал их в столовой.

— Второй взвод! – скомандовал сержант. – Ваш обед задерживается. У вас сегодня особое блюдо.

Сержант достал котелок, снял крышку и захохотал.

Сильвестр заглянул в котелок. Там плавали три толстые зеленые лягушки с желтой полосой на боку. Одна из них высунула морду из воды, посмотрела на Макарони и квакнула.

— Что это, сэр? – не выдержал один из солдат.

— Это ваш сегодняшний обед.

— Сэр?

— Есть их будете. Привыкать к местным условиям. А пока что каждый должен взять их в руки и подержать.

С чувством омерзения Сильвестр сунул руку в котелок и потрогал холодное скользкое тело.

— Э нет, толстячок, не так. Не пальчиками. Руками. Достань ее оттуда руками.

Содрогаясь от омерзения, Сильвестр вытащил лягушку из котелка.

— А теперь дави ее. Руками.

Сильвестр взглянул на лицо сержанта, пытаясь понять, шутит тот или нет.

— Ну?

Сильвестр с содроганием сдавил скользкую голову. Спазмы охватили его желудок. Он выронил лягушку в котелок и согнулся в приступе рвоты.

— Слабак! – сержант усмехнулся. – Как же ты косоглазых давить будешь?

— Я, сэр…

— Дурак ты. Где твой нож?

Сильвестр охлопал себя и развел руками.

— Чем же ты глотки резать будешь? Слушайте вы все, ублюдки! – Сержант обвел новичков взглядом. – Если завтра хоть у кого-нибудь не будет ножа, я заставлю его эту лягушку живьем сожрать. Поняли? Живьем жрать будете!

Сержант закрыл котелок.

— Я на кухню. Сварю их, и через пятнадцать минут будете есть.

Лапша в тарелке, которую они взяли через пятнадцать минут, казалась нормальной. И пахла вполне прилично. И если бы не суставчатая конструкция из тонких косточек, которая плавала в бульоне, Макарони с большим аппетитом съел бы ее.