Книга Шахты, страница 16 – Анна Maffiya

— Надеюсь, вы идете на поправку, тесть? – склонился в приветственном поклоне Максимильян.

— Чем обязан такой чести, Ваша Светлость? – старик приподнялся на подушках, не без помощи дворецкого.

— Я хотел бы спросить вас о вашей дочери.

Максимельян не хотел затягивать разговор, и сразу перешел к делу.

— Почему Эмма не сказала вам где жила? Ведь ваша дочь знает, где находится это место.

— Да. Знает. – устало потер глаза Фораман. – Она мстит мне.

— Мстит? Но за что? – заинтересовался герцог.

— За то, что я запретил ей ходить в шахты.

Как знакомо звучали слова старика. А в голове Максимельяна они звучали как приговор. Он понимал, что Эмма никогда не скажет ему где жила, так же, как не сказала отцу.

— Она проводила там всё своё время. Не желала учиться, убегала и пряталась, и даже ночевала там, в шахтах. Её не было несколько дней и я начал беспокоится, созвал людей и стал искать её. – продолжал старик свой рассказ. – Я нашел её в старом заброшенном тоннеле, куда давно уже никто не ходил, за ненадобностью. Эмма оборудовала там себе что-то типа убежища. Постелила матрас, натаскала свечей, еды и прочего барахла, и хотела там жить. Она становилась дикой и нелюдимой. Я побоялся что потеряю её, разрушил проход к тоннелю и запретил приближаться к шахтам. Это было как раз в тот день, когда произошел обвал. Я велел Саймону насильно увести её домой. Она возненавидела меня за это.

— Кто такой Саймон? – спросил детектив.

— Врач, что приглядывал за ней.– ответил граф, тяжело вздыхая.

— Но зачем Эмме понадобился врач? – недоумевал Максимельян.

— Ай, я не сведущ в медицинских терминах, но доктор говорил, что Эмма больна очень редкой неизученной болезнью. Она боится яркого света.

— И избегает людей? – поинтересовался герцог.

— Людей она не боялась. Вечно ошивалась среди шахтёров, но никогда не разговаривала с ними. Доктор, что наблюдал за ней, понемногу учил её манерам, учил читать и писать, и она всё схватывала моментально. В семь лет она отлично читала, и писала без ошибок.

— А почему она не общалась с шахтёрами?

— Считала, что они не достойны её внимания. Высокомерие досталось ей от её матери. Гордыня моей жены была так непомерно велика, что затмевала в ней всё остальное. Прошло очень много лет с того дня, как я видел жену в последний раз, но всё, что я могу вспомнить о ней – это сатанинская надменность и чванство. Кхе-кхе-кхе.

Ироничный смех графа смешался с судорожным старческим кашлем.

— Но почему Эмму так тянет в эти шахты? – не унимался Максимильян. Множество вопросов, касательно нее мучили его.

— Да потому, что там нет яркого света! – дребезжащим голосом ответил Фораман.

— К тому же шахты – это не несколько комнат, не этаж и даже не целый особняк, с зашторенными окнами, отведенный под прогулки. Шахты- это огромный город, загадочный лабиринт, многокилометровые тоннели! И самое главное: с идеальной темнотой. Это то, о чем она мечтает, затеряться в этих бескрайних хитросплетениях мрачных коридоров.

— А как же медицина? Прошло столько лет, может эта болезнь уже поддаётся лечению? – не унимался герцог.

— Не знаю. Доктор хотел наблюдать за Эммой, но мне пришлось отказаться от его услуг.

— Но почему?

— Мой дворецкий заметил, что доктор как-то странно смотрит на Эмму. Он восхищался ею, боготворил её, и это походило на педофилию. Я решил рассчитать его.