Книга Северный цветок, страница 17 – Анастасия Мохиборода

Рагнар вышел из своей палатки и что-то сказал одному из воинов. Как оказалось, принц отдал приказ, чтобы девушку направили в его палатку, так как холод для женского организма особенно губителен.

Она робко вошла, не поднимая головы. Он указал ей на место, которое было застелено шкурами. Рагнар спал на другой стороне палатки, и Далия выдохнула с облегчением, так как она чувствовала взгляды мужчин, которые провожали ее к юноше. Они смотрели на нее так, словно она ублажает его. Именно поэтому находиться в одной палатке с ним было неловко. Чтобы не смотреть на него и случайно не встретиться взглядом, девушка повернулась к нему спиной. Усталость быстро взяла свое. Согревшись, Далия уснула.

Принц смотрел на нее и не мог уснуть. Задавался себе вопросом, что чувствует к той, которая должна стать его матерью и понял, что совершенно ничего не испытывает. У него не было ни злобы, ни страха, ни отчаянья, ни радости — ничего.

Прошло уже столько лет с момента смерти его матери, что все чувства притупились.

Далия мирно сопела, укутавшись в теплые меха. Такое проявление заботы со стороны Рагнара было ни сколько для нее, сколько для его отца, который ждал свою избранницу. Делом чести было привезти ту, которая впервые вызвала в его сердце какие-то чувства. Парень смотрел на нее и не понимал, что именно привлекло в ней отца. Она была внешне привлекательной, но совершенно обычной: не отличалась ничем от любой другой крестьянки. Чем больше он смотрел на нее, тем больше убеждался в этом.

Она напомнила ему маленького дикого зверька, что забился в норку от страха и поджал свои лапки. Принц знал, что ей не хочется быть здесь.

Рагнар понимал, что то, что она так напугана это именно его вина, но другого предложить ей не мог. То чувство страха, что одолело ее, не давало ей покоя. А теперь, устав и обессилев, она мирно спала. Он видел, насколько она беззащитна в эти минуты.

Сон к нему никак не приходил.

За долгие часы походов, он всегда проводил ночи один и поэтому испытывал незнакомое для него ранее — чувство неловкости.

Выйдя на свежий воздух, он вдохнул полной грудью северный ветерок. После тепла палатки, холодный воздух в легких дал знать о себе, в одно мгновение заполнив их.

Звезды сегодня сияли ярко. Небо было ясным. Такие ночи были бесподобны. Умение видеть эту красоту, было его даром от матери. Он не знал ее, но чувствовал, что именно мать наградила его волшебным умением замечать мир вокруг.

Сменяющиеся воины на посту, слегка отвлекли его внимание.

Послышался сонный стон девушки в палатке. Этот отзвук был необычен, и легкое смущение отразилось на щеках принца. В делах любовных он был не новичок. После походов, он мог подразнить молодых девиц своим игривым нравом и провести ночи с некоторыми красавицами. Он чувствовал к ним холод, ведь не умел чувствовать что-то другое. Холодная расчетливость и сдержанность играла в нем, заставляя его поддаваться этим ощущениям. Однако, стон, что донесся из палатки, отличался от тех, которые вырываются во время ночных утех, напротив, это был стон печали и некого бессилия.

Он вошел в палатку и увидел, что девушка изворачивается из стороны в сторону, точно не может проснуться. На ее лице показались дорожки из слез, что стекали без устали.