Книга Ты, я и море, страница 36 – Алина Горделли

Минни сначала отрицательно покачала головой, а потом вдруг покраснела.

— Вот именно! — воскликнула Эдит и всплеснула руками. — Все знакомые, весь наш круг, семья лорда Дарби, все будут уверены, что тебе пришлось выйти замуж до его отъезда! Какой позор!

Минни сидела молча, покрывшись красными пятнами. Лицо Эдит вдруг исказилось.

— Минни, детка, а может быть вы уже… может быть он злоупотребил нашим доверием… скажи мне! Откройся маме!

Минни вскочила на ноги, ее лицо пылало от возмущения.

— Мой Артур настоящий джентльмен! Он прекрасный, необыкновенный, достойный человек! Если хочешь знать, мама, — сказала она громко и с вызовом, — он бы так и не поцеловал меня ни разу до свадьбы, если бы я сама не захотела!

— Да не кричи ты так! — замахала руками Эдит. — Перебудишь всю прислугу! Нам только огласки не хватало! — и она с испугом оглянулась на комнату горничных.

— Ничего себе! — продолжила она с усмешкой. — Я-то думала, что моя дочь с негодованием будет защищать свою собственную честь, а она бросилась на защиту жениха! — Эдит развела руками, качая головой. — Да еще и призналась, что сама навязывалась на поцелуи!

Минни вскочила со стула, опустилась на колени рядом с матерью и схватила ее за руки.

— Мама, мамочка, мамуленька! Мы так любим друг друга, мы… я не выдержу долгой разлуки! Ну хоть полтора месяца мы побудем вместе! Какое дело нам до других! Мы так счастливы вместе, мама! Вот у моих сестер все было чин по чину, а кто из них счастлив?! Какую свадьбу вы справили Мэгги, а у ее мужа теперь… — и она осеклась, увидев слезы в глазах Эдит.

— Это нечестный прием, Минни, — проговорила она горько.

Минни присела на диван рядом с матерью и обняла ее за плечи.

— Прости меня, мама. Я просто хотела сказать, что соблюдение правил — это не гарантия счастливой жизни. Понимаешь, я совершенно точно знаю, что Артур — мой, что мне больше никого не надо, что так как с ним — свободно, легко и радостно, мне не будет ни с кем. Вы ведь с папой убедились сами, какой он достойный, честный и очаровательный человек! Вы же почти что приняли его в семью после двух дней знакомства, почему же ты удивляешься, что я полюбила его за эти же два дня?!

— Так что же, Минни, — воскликнула Эдит, — разве он изменится через полгода? Он что станет хуже, не таким замечательным, как сейчас? Или ты не совсем уверена, что твое увлечение бравым лейтенантом с золотыми эполетами выдержит испытание временем, и твоя любовь притупится, потускнеет через полгода?

Минни растерялась. Воспользовавшись ее молчанием, Эдит продолжила с воодушевлением.

— Он мне самой нравится, Минни, да и папе тоже. Только зачем же пороть такую горячку? Мы вовсе не против вашего обручения! Вот какое дорогое обручальное кольцо он тебе преподнес! Когда он придет с официальным предложением?

— Завтра, — пролепетала Минни, — в пять часов вечера.

— Ну и прекрасно, замечательно! Устроим маленькое семейное торжество по поводу обручения, я велю приготовить праздничный обед, мы с папой благословим вас. Ты станешь его официальной невестой. И через восемь месяцев, когда он вернется, сыграем свадьбу! Чем не план?

Минни отрицательно качала головой, из ее глаз потекли слезы, и она закрыла лицо обеими руками.

— Ты потому плачешь, Минни, — мягко продолжила Эдит, — что осознаешь мою правоту. Дело ведь не только в соблюдении приличий. Ты представляешь себе, каково ожидать любимого неделями, месяцами из рейса? Ну, предположим, все можно перенести, если любишь. А если нелюбимого? А если через полгода ты поймешь, что не срослось, не случилось? Что он тебе все безразличнее, все дальше? Что же тогда? Оттолкнешь, бросишь? А каково будет ему?