Книга Дэйвенпорты, страница 22 – Кристал Маркис

— Это земля, – сказала девушка, и этой ложью предала собственную гордость. – Я помогала Джесси в огороде.

— Я не потерплю лжи, Хелен, – резко сказал мистер Дэйвенпорт. – Я запрещаю тебе ходить в мастерскую и общаться с грубиянами.

Девушка опустила взгляд.

— Они мои друзья.

Мистер Дэйвенпорт рыкнул:

— Они тебе не друзья. Это мои подчиненные. Малколм беспокоится, что…

— Малколм! – вырвалось у Хелен. Возмущение скрутило ее нутро. Этот гадкий механик намертво вцепился в устои. Надо было раньше догадаться, что он ее выдаст.

— Гараж не место для леди. Там люди работают, потому что вынуждены зарабатывать на жизнь. Это не детская площадка. Ты красивая девушка и должна этим гордиться. Пора тебе повзрослеть, Хелен.

Дочь сгорбилась. Фантазия о том, как отец ее похвалит и широко улыбнется, узнав о ее достижениях, испарилась.

— Я никакая не леди. Я могу столько пользы принести компании, если ты только дашь мне шанс. Если бы мне только…

Молчание мистера Дэйвенпорта было самым громким звуком, какой Хелен слышала в жизни. Даже громче, чем ее учащенное дыхание. Жесткость его взгляда заставила дочь утихнуть. Но вот утомленные карие глаза отца снова стали привычными, теплыми. Мистер Дэйвенпорт слегка ущипнул ее подбородок и посмотрел ей в глаза. Хелен могла бы поклясться, что грусть в его душе такая же глубокая, как и в ее.

— О компании позаботится Джон.

Слова отца разорвали ее сердце и выдавили из него надежду до последней капли.

— А теперь поторопись, – сказал он. – Мы скоро выезжаем.

Отец повернулся, чтобы уйти. Сейчас она видела его очертания размыто. Девушка прижала ладонь к губам и сделала долгий, прерывистый вдох. Дверь за отцом со щелчком закрылась.

Когда Дэйвенпорты наконец уехали на вечер к Тремейнам, в доме все стихло. Эми-Роуз и оставшиеся слуги не ждали их возвращения раньше рассвета, как раз к моменту, когда начнется их новый долгий рабочий день. Хотя вообще-то Эми-Роуз повезло больше, чем остальным.

Ее обязанности были связаны в основном с обслуживанием Оливии и Хелен. Аккуратная Оливия практически не оставляла работы для нее, а Хелен не позволяла ей убираться в своей комнате, чтобы служанка ничего не нарушила в ее творческой обители. Так что по утрам Эми-Роуз наглаживала их платья и укладывала волосы. А после этого могла заниматься чем угодно.

Девушка вздохнула. Интересно, каково это, всю ночь веселиться, танцевать, пить шампанское и ни о чем не тревожиться? Она положила пудру и румяна Оливии в шкатулку для косметики и выключила свет.

Потом прошла в противоположное крыло дома, где Генриетта – Гетти – прибиралась в спальне мистера и миссис Дэйвенпортов. Хотя в этом крыле «Порта Свободы» комнат было меньше, они были роскошные. Миссис Дэйвенпорт окружала себя шикарными коврами и непомерно большими диванами, такими же твердыми и неподатливыми, как она сама. Ее гардеробная была просторнее, чем квартира, в которой Эми-Роуз жила с матерью до переезда сюда. Эми-Роуз прислонилась к дверному косяку, Генриетта в этот момент разглаживала одеяла быстрыми взмахами кистей.

— Я здесь почти закончила, – сказала Гетти. – Может, сходишь на кухню и подготовишь все к возвращению Джесси?

Эми-Роуз кивнула. Повариха Дэйвенпортов сегодня с раннего утра уехала к Тремейнам, чтобы помочь с угощениями. Миссис Тремейн попросила ее об этом, потому что надеялась подать гостям особенные десерты Джесси.