Книга Когда играют все, страница 45 – Татьяна Иванова

* * *

Я рад, что ревность донны Лоранчиты нам больше не помешает, — удовлетворенно сообщил король через день, внимательно оглядев скромно опустившую глаза Фенеллу.

И точно. Как только супруги де Грамейра вернулись домой, Лоранчита за руку увела довольного мужа в свои покои. И больше Фенелла надоевшую ей дуэнью не видела. Ее место заняла приветливая молодая женщина, становившаяся спутницей племянницы дона Вельидо за порогом дома, но не докучавшая ей своим присутствием внутри семейного гнезда де Грамейра. Подопечная дона Вельидо воспользовалась обретенной свободой в первый же вечер. Супруги все еще увлеченно мирились, слуги так же увлеченно обсуждали поведение господ. На Фенеллу никто не обращал внимания, и девушка навестила Сида.

Она нашла его в кузнице. Кузница у Оканнеры состояла из двух частей. В первой, ближней, он мог работать с подмастерьями, вторая, дальняя отделялась кованой решеткой, там хранились драгоценные заготовки мастера. Убедившись, что посторонних нет, свет огня мерцает из дальней части кузницы, а удары молота звучат глухо, Фенелла осторожно, чтобы не запачкаться, вошла в темное помещение.

— Сид, ты очень там занят? Я могу и позже прийти.

Она знала, что бывают такие моменты, когда оружейника нельзя отвлекать. Но иногда и заготовку можно отложить, и забыть ненадолго о доводимом до совершенства клинке.

— Подожди немного, Фенелла, я заканчиваю. Ты можешь подождать?

— Вполне, — девушка хихикнула, вспомнив последнее сообщение служанки де Грамейра о том, что ужин супругам подали в покои Лоранчиты, а не в общую трапезную.

Довольно быстро огонь в горне погас, послышался плеск воды, потом на пороге кузницы появился темный силуэт оружейника.

— Фенелла, ты здесь? — неожиданно тревожно спросил мастер.

— Здесь, — ответила девушка, невидимая в лиловой тени, отбрасываемой кипарисом. Небо горело пламенем заката. Сад был залит малиново-золотым сиянием. Вышедший из темноты кузницы оружейник даже зажмурился на мгновение.

— Ты был на турнире?

— Нет, — ответил Сид, поворачиваясь к гостье. — Не люблю этого жалкого подражания настоящему бою.

— И давно?

— С тех пор, как побывал в настоящем бою. Когда невыносимо жарит солнце, когда нет возможности напоить коня и напиться самому. Когда твой рыцарь падает не потому, что он слабее, а потому что теряет сознание в душных раскаленных доспехах. И ты не можешь его бросить, и остаешься беззащитным перед лавиной конницы врага…

Сид резко замолчал. Фенелла подошла к нему и остановилась совсем рядом.

— Дон Вельидо победил благодаря твоему клинку. Красиво победил. Его противник, полностью закованный в доспехи, выронил меч из-за раны в плечо; дон Вельидо стоял без лат, подняв свой клинок, и сталь пела.

— Красиво, — криво усмехнулся Сид. — Хочу, чтобы черти куда унесли этого дона Вельидо вместе…

Он запнулся, чуть отвернувшись от Фенеллы.

— Я думала, ты обрадуешься, — удивилась девушка и положила руку ему на предплечье.

— Только не надо подковывать корову, Фенелла, это все невыносимо, — вдруг резко сказал, почти выкрикнул Сид, стремительно к ней разворачиваясь. Она невольно отскочила и совсем уже собралась обидеться, как Сид продолжил.

— Подожди. Скажи, я для тебя по-прежнему друг детства?

Фенелла кивнула.

— А ты для меня — самая прекрасная девушка на свете. И я не понимаю, как мне себя с тобой вести. Сам себя не понимаю. А еще и ты со своей сводящей с ума наивностью…