Книга Когда играют все, страница 12 – Татьяна Иванова

— А сейчас? — тихо спросила Фенелла.

— Сами увидите, — горько сказал Боэланд. — Самое страшное, что прогрессоры больше не желают ограничиваться пределами дворца, и даже столицы. Что будет, если выпустить их свободно в страну, мне даже и представить страшно. Говорят, есть в Космосе управа на наших пришельцев — какие-то Странники, легендарные чудища, которых сами прогрессоры боятся. Но где же я возьму космических чудищ в своей мирной Остарии? Придется справляться своими силами. Пока о пришельцах из космоса простые люди не знают. И очень многое, в чем жители Остарии обвиняют моего отца, заставили сделать прогрессоры. Почти никто не знает всей правды. Э-э-эх, чего уж! — его величество собрался выпить еще один бокал вина, но посмотрел на девушку напротив, и вернул бокал на столик нетронутым. — Продолжим игру, благородная донья?

Игру пришлось продолжить. Понимая, что больше она никогда не окажется в таких выгодных условиях, то есть повторного уничтожения четверти своих фигур противник не допустит, Фенелла рискованно предприняла прорыв блокады своих фигурок, припоминая все хитрости, которые ей удалось подглядеть у наставницы.

— Надо же, какой у вас интересный стиль игры, — отметил Боэланд и бросил игральную кость. Шесть очков. — Кстати, шах вашему королю.

То есть, увлекшись прорывом на фланге, она пропустила роковую атаку в центре.

— Моя очередь, — сказала девушка азартно. Король улыбнулся, понимая, что даже и за три хода она не успеет вывести фигурку короля в безопасное место.

Бросок. Фенелла подпрыгнула в кресле. Шесть очков. Игра продолжается. Его величество принялся развивать прорыв в центре, а его противница — на фланге. Дальше уже был вопрос чистого везения. Кто успеет раньше.

— Что я вижу, кум Элан, ты проигрываешь игру? И кому?

Фенелла резко обернулась. Сзади нее стоял интереснейший человечек. Горбатый карлик в коротком красном плаще, в красном колпаке с бубенчиками, с длинным накладным носом. Королевский шут.

Девушка встала и сделала реверанс в знак приветствия. Выказывать неуважение уродцу ей не хотелось.

— Прелестнейшей девице проигрываешь? Коварный ты человек, кум.

— Я честно выигрываю, — обиделась Фенелла на намек шута.

— Все так думают, кто имеет дело с моим кумом, — ответил ей человечек без всяких гримас и ужимок. — Я из жалости тебя предупредил, волшебница, в первый и последний раз.

— Уже разнюхал? — с любопытством спросил король.

— Так донья волшебница свой плащ за дверью повесить изволила, — сообщил шут и, уцепившись за канделябр, повис наподобие плаща.

Фенелла хихикнула.

— Я боялась, что его унесут, потому что старый. И потом, подумаешь, висит старый выгоревший черный плащ. Почему обязательно волшебница?

Шут отцепился от канделябра и на одной ноге изобразил птицу в полете.

— Я видел твою наставницу в этом плаще, донья…

— Фенелла.

— А вы неплохо играете, донья Фенелла. Но мне не нравится ваша манера, бросать своего короля.

— А мне не нравится манера благородной доньи, обыгрывать своего короля, — проворчал Боэланд.

— Э, не-э-э, кум. Когда обыгрывают, виноват тот, КОГО обыгрывают. А когда бросают, виноват тот, КТО бросает. Принципиальная разница в субъекте, по моему гу-убокому убеждению, — заявил шут, явно кого-то пародируя. — Но отвлекись, кум Элан, от своего жалостного положения на доске. Посмотри, что на площади творится. В столицу прибыл твой любимый театр.