Книга Ностальгия по унесенным ветром, страница 58 – Татьяна Иванова

Ретт поднялся с кресла и подошел к камину, на выступе которого лежал его портсигар. Вытащив сигару, он привычным движением помял ее двумя пальцами, понюхал и, чиркнув спичкой, закурил.

Глядя на его домашний халат и на эти, до боли знакомые движения, Скарлетт на миг показалось, что прошлое вернулось назад и не существует никакой разлуки, а Ретт все такой же, как прежде. Вот сейчас он позовет ее в спальню, совсем как тогда, в первые годы их жизни, еще до рождения Бонни, и, попыхивая сигарой в темноте, еще долго будет рассказывать истории, а она станет заливаться смехом, а порою и злиться. А потом он обнимет ее своими сильными руками и укутается в ее распущенные волосы, а потом…

Слова Ретта прервали ее мысли, заставив вздрогнуть от неожиданности.

— В отношении Уэйда нельзя вот так сразу рубануть с плеча. Это Вы сильная натура и можете вынести любые невзгоды в своей жизни! Вам и невдомек, что на свете есть такие люди, которые могут сломаться. Сила Вашего духа всегда восхищала меня. Я знал только одну брешь в монолите Вашей души – это деньги! Перед ними Вы устоять не могли никогда. И представьте, каково же было мое удивление, когда я узнал в банке, что за последние восемь месяцев Вы не предъявили мне ни единого счета.

Сначала я подумал, что управляющий ошибся и даже послал повторный запрос, однако, его ответ еще больше удивил меня. Он написал, что в банке действительно нет ни одного Вашего счета и что Вы, озадачив его до крайности, открыли свой собственный расчетный счет. У Вас что, появился новый кредитор за время моего отсутствия, и Вы решили отказаться от моих денег?

— Да, я решила отказаться от Ваших денег. – Не глядя ему в глаза скороговоркой выпалила Скарлетт.

— Но мне помнится, что Вам никогда не мешало изобилие денег и если у Вас появился дополнительный капиталец, зачем же отказываться от моего?

— Ах, Ретт, Вы же прекрасно знаете, что никакого кредитора у меня не появилось, но все равно несете чушь! – воскликнула она, метнув на него зеленые молнии.

— Я отказалась от Ваших денег по естественной причине. Если Вы больше не любите меня, то мне не нужны и Ваши деньги!

— Постойте, постойте, мне помнится, что даже в день моего сватовства Вы уяснили для себя, что я, конечно же, Вас не люблю, а женюсь только потому, что не могу добиться другим путем. Такое обстоятельство Вас тогд устраивало, и Вы спокойно пользовались моими денежками. А теперь Вы говорите, что не хотите ими пользоваться потому, что я Вас не люблю. Что-то я никак не пойму Вас, мэм!

— Но тогда было совсем другое дело!

— Почему же, позвольте узнать?

— Да. Я думала, что не люблю Вас, и Вы не любите меня тоже! Но мы, поженившись, заключили своего рода сделку, которая, как мне казалось, устраивала Вас по какой-то причине, в результате чего я твердо знала, что нужна Вам, а сейчас все изменилось. Я не нужна Вам больше, значит сделка наша сама собой расторгается и мне не нужны Ваши деньги!

— Ах, вот как! Ну что ж, в таком случае, чтобы очистить свою совесть и не остаться у Вас в долгу, я должен открыть Вам одну тайну. Скарлетт удивленно на него взглянула. Ретт сделал очередную затяжку и медленно выпустил дым.

— Дело в том, что я по своей собственной инициативе лишил Вас лесопилок – сказал он, после небольшой паузы, растягивая слова.