Книга Ностальгия по унесенным ветром, страница 316 – Татьяна Иванова

Она открыла дверь своим ключом и нарочно громко позвала Джимма, надеясь на то, что Ретт, услышав ее голос, обязательно выйдет в прихожую, чтобы с ней поздороваться. Однако себя не заставил ждать только Джимми и тут же явился на зов хозяйки.

— Миссис Скарлетт, добрый день, с благополучным приездом Вас! – Джимми поклонился, с широкой улыбкой на лице и в его глазах засветилась радость.

— Здравствуй, Ждимми! – Скарлетт тоже улыбнулась, но ее улыбка получилась напряженной, выжидающей.

— Пойди, внеси мои вещи, там в карете два чемодана и сумка. – Распорядилась она и чуть, было, не спросила у дворецкого, где сейчас Ретт, дома или в городе.

Однако какое-то внутреннее чутье уберегло ее от этого вопроса, заставив безотчетно почувствовать, что Ретта возможно, и вовсе нет. Что-то было не так, как обычно. Что-то было не так как всегда, когда он находился дома. Что? Скарлетт напрягла свой мозг, стараясь припомнить то главное, что давало ей право безошибочно определять присутствие Ретта.

И тут ее осенило! – Запах сигар. Вот! Запах его сигар, хранящихся в большой красивой коробке, которую Ретт по приезде всегда держал в гостиной на каминной полке и от которой исходил тонкий приятный аромат, распространяющийся по всему дому. И легкий запах дыма от этих сигар, такой устойчивый во время присутствия их владельца и неотъемлемый от самого Ретта так же, как запах дорогой кожаной упряжи от породистого жеребца. Она стояла и молчала, все еще приоткрыв рот для вопроса, который так и не был задан Джимму и машинально смотрела на своего дворецкого, копаясь в воспоминаниях.

Тот в свою очередь, вопросительно смотрел на хозяйку.

— Что еще, миссис Скарлетт?

— Ничего! Иди и поживей, кучер торопится.

Джимм послушно кивнул и вышел, прикрыв за собой дверь. А Скарлетт, стараясь заглушить свою интуицию, направилась в гостиную, в надежде на то, что она все же ошибается и ей непременно удастся отыскать какие-то новые доказательства присутствия Ретта.

Однако надежды ее не оправдались, ни в гостиной, ни в комнате Ретта, куда она тут же стремительно поднялась по лестнице, все еще не веря собственному чутью. Комната была нежилой и признаки долгого отсутствия хозяина сразу же бросились ей в глаза. Тщательно заправленная постель, аккуратно расставленная возле шкафа домашняя обувь, наглухо задвинутые шторы, журнальный столик без единой газеты, которые Ретт, бывая дома, читал ежедневно и потом небрежно разбрасывал на этом самом столике.

«Его нет в Атланте!» – с досадой сказала себе Скарлетт, потеряв последнюю надежду и выйдя из комнаты, отправилась во двор, чтоб поговорить с детьми.

Она прошла в палисадник через заднюю дверь и сразу же увидела Уэйда, обучающегося катанию на велосипеде. Пытаясь удержать равновесие, он вилял рулем из стороны в сторону и старательно нажимал на педали, а Элла вприпрыжку бежала за ним, завидуя изо всех сил.

— Ой! – воскликнула Скарлетт, невольно испугавшись, что Уэйд сейчас упадет, и дети обернулись на ее окрик.

— Мама, мама, – воскликнула Элла. – Посмотри, что у Уэйда – велосипед!

А Уэйд попытался повернуть этот самый велосипед в ее сторону, но поворота не получилось и он, чуть было не упав, спрыгнул со своего неживого коня, а потом, сияя счастьем, подкатил его к Скарлетт.