Книга Ностальгия по унесенным ветром, страница 282 – Татьяна Иванова

А Дениэл всячески старался ее развлечь, рассказывая какие-то смешные истории, которые, по большому счету, совсем не претендовали на оригинальность, и, положа руку на сердце, были не такими уж смешными.

Конечно, его нельзя было сравнить ни с Кевином Грейни, ни с остальными ее нью-йоркскими знакомыми мужчинами, наперебой блистающими перед ней своим неизменным юмором и остроумными шутками на приеме мистера Полтнера. И она не могла позволить себе посостязаться с ним в каком-нибудь достойном словесном поединке. Уж слишком слабым соперником мог оказаться Дениэл, затей она вдруг подобную игру умов, которая всегда вызывала в ней живой интерес и наполняла энергией. Но все равно, ей было с ним приятно, возможно потому, что он был красив, и в его глазах она читала неподдельное восхищение своей персоной, а возможно потому, что она всегда чувствовала себя гораздо комфортней в обществе мужчин, нежели женщин.

Просидев за ужином полтора часа, они решили прогуляться по палубе, попутно оповестив дежурившего в коридоре стюарта, что ужин закончен и он может распорядиться насчет уборки посуды.

Палуба в эти часы была безлюдной и томный тусклый свет газовых фонарей, освещавших ее в это темное время суток, сливался с мерцанием первых звезд, уже успевших занять свои места на вечернем небосклоне. Ветер, значительно усиливавшийся к этому часу, старательно трепал все, что ему было доступно, и лишь только Скарлетт поднялась по ступенькам наверх, тут же принялся за подол ее платья и чуть не сдул с головы шляпку, которую она, надев наспех, даже не успела завязать.

— Вам не холодно? – заботливо спросил Дениэл и подставил Скарлетт локоть, чтобы она взяла его под руку.

— Думаю, что скоро я это выясню – ответила она, протягивая к нему руку.

Они прошлись вдоль левого борта и остановились в том месте, где ветер не так сильно буйствовал, натыкаясь на какие-то преграды, плохо различимые в темноте.

Скарлетт подошла к самому краю борта и взглянула вниз, как раз в то место, где из-под мощного невидимого колеса, бурля и пенясь, бился словно в конвульсиях огромный поток воды. И в этом зрелище, окутанном ночью, было что-то зловещее, затаенное, навевающее подспудный страх перед неизведанным. Днем это выглядело совсем иначе, и наоборот заставляло наблюдателя восхищаться мощным техническим новшеством, лихо покоряющим водную стихию.

— Давайте отойдем отсюда, Дениэл – сказала Скарлетт и потянула его за руку – мне что-то не по себе.

— В чем дело?

— Когда я смотрю туда, меня одолевает страх, а я совсем не хочу испортить себе настроение. Пойдемте!

Они прошлись почти до самой кормы и хотели повернуть обратно, но в этот момент увидели какого-то человека, плавно движущегося в разные стороны и медленно размахивающего руками и ногами. Скарлетт присмотрелась. – Да это же Юлико! – Конечно он, и опять в своем неизменном халате. Японец проделывал какие-то странные телодвижения, совсем не похожие на то, что в понятии Скарлетт называлось «заниматься спортом», и это ее заинтересовало.

— Я знаю его. – Тихо сказала она Дениэлу. – Это Юлико – японец. Он сидит за нашим столиком в ресторане. – Давайте посмотрим, чем он тут занимается. Я, признаться, еще никогда не видела ничего подобного.

— Ну почему, если это японец, тогда все понятно. Он работает над своей внутренней энергией, тренируя ее такими вот упражнениями. Для европейцев или нас, американцев, это действительно непривычно, а для японцев это вполне распространенное явление.