Книга В тени, страница 68 – Анна Морион

«Как радуется она этой трагедии! Бедная Екатерина! Что за судьба ей досталась! Но нет, Папа никогда не даст Генриху развода! Что бы ни случилось, кто бы ни кружил ему голову, наша королева — единственная его законная супруга!» — с сожалением подумала Бригида, склонив голову на грудь.

— Подумать только… Какой дурак… — Леди Нортон поднялась со своего кресла. Пяльцы упали на пол, но она словно не заметила этого. — Какой дурак! — со смешком повторила она, подошла к окну и распахнула его. И, пока Альенора танцевала и радостно смеялась, а Бригида не поднимала полные слез глаза от своей работы, леди Гильда поднялась на широкий карниз, раскинула руки и молча сделала шаг вниз.

«Такая молодая, а уже вдова! Видать уж очень она прогневила Создателя!». «Бедная леди Гильда! Так и не увидела своего внука!», «К чему этому бедному мальчику нужно было жениться на этой пустой чаше? Любая другая понесла бы после первой ночи! Нет, не зря ее отца отослали прочь из королевского дворца! Эта семейка имеет договор с демонами, поэтому эта девчонка оказалась непригодной для продолжения рода!» Эти и другие колкие фразы, оброненные знатными дамами и мужами, были сказаны вполголоса, но они не причиняли Бригиде боль.

Глухая и немая, миссис Нортон, восемнадцатилетняя вдова, облаченная во все черное, стояла у могилы своего супруга и, с мокрым от слез лицом, беззвучно шептала молитву за молитвой. Пальцы девушки судорожно сжимали четки, глаза, устремленные на высеченное на каменном кресте имя, были пусты и безжизненны. Несмотря на жуткий холод и падающий с неба снег, Бригида настолько ушла в себя и свои молитвы, что попытки января превратить ее в ледяную статую не увенчались успехом. Все чувства и эмоции покинули ее в тот самый момент, когда, очнувшаяся от падения, леди Нортон отдала ей записку, которую крепко держала в своей ладони. Быстро пробежав глазами черные, написанные красивым размашистым почерком строчки, Бригида поняла, что отныне осталась совсем одна, а жизнь потеряла всякий смысл. Она потеряла супруга и стала вдовой.

«…истребил множество врагов Англии, но пал в бою. Его Высочество выражает Вам и Вашей семье глубокие соболезнования. Примите в дар чистокровного арабского скакуна, в память о Вашем верном сыне, любящем супруге и великом защитнике английского престола…» гласила записка.

Тонконогий арабский красавец, подаренный королем, мирно спал в стойле, леди Нортон лежала в своей постели со сломанной ногой и разбитой головой, Альенора, похожая на мрачного призрака в черных одеждах, стояла рядом с Бригидой и молча плакала, Филип спал вечным сном глубоко в земле маленькой французской деревни, и все собравшиеся сегодня провести павшего воина в последний путь, взирали на большой каменный крест, поставленный на пустой могиле. Так как Филип был убит еще неделю назад, и его тело начало разлагаться, его невозможно было доставить в родительский замок, поэтому мистера Нортона, со всеми почестями, похоронили на отвоеванном Англией кладбище.

«Что мне делать? Кто я теперь? Что со мной будет?» — пронеслось в разуме молодой вдовы. Лишь сейчас она поняла, что с момента смерти Филипа, ее и Нортонов ничего больше не связывает, и что она все еще живет в их замке лишь по доброте лорда Нортона и Альеноры.