Книга В тени, страница 119 – Анна Морион

Бригида помнила о странных представлениях Альеноры о жизни и своем поле, но не знала, что, за три года, которые ее подруга провела во дворце, Альенора не только утвердилась в нежелании жить в тени супруга, но и начала презирать мужчин, которые, как сэр Уолш, считали женский пол слабым и немощным, неспособным ни к каким другим ролям, кроме как жены, матери и личной прислуги своего супруга. В отличие от нее, Бригида не только принимала такое униженное положение женщин в мире мужчин, но и желала его всем своим сердцем. Разве это не радость — быть супругой? Разве не радость дарить жизнь детям и отдавать им всю себя? Разве это не счастье — прислуживать своему мужу, защитнику и отцу ваших общих детей? Скоро она будет в объятиях Вильяма… Будет делить с ним ложе и родит его детей… Бог услышал ее молитвы и подарил ей новую жизнь, которую она до конца своих дней проведет рядом со своим любимым супругом, будет ему опорой и самой верной помощницей.

— А что во всем этом приятного? Ложиться в постель по приказу мужа? Зависеть от его мнения и выполнять его приказы? Бригида, дорогая моя, мы не собаки, чтобы с восхищением следить за каждым движением хозяина и благодарить его за каждую кость, брошенную нам с обеденного стола, — серьезным тоном ответила мисс Нортон своей подруге, в свою очередь, не понимая, как может Бригида оставаться такой слепой.

Речи Альеноры неприятно изумили Бригиду, а наивность и слабость Бригиды неприятно изумили Альенору. Девушки молча смотрели друг на друга и думали лишь одно: «Как она изменилась! Какие нелепые мысли живут в ее разуме!».

— Но ты должна рассказать мне, как так случилось, что ты променяла монастырь на Вильяма Тьюри? Признаться, получив твое письмо, сперва я не поверила этой новости. Но я счастлива за тебя! Я так рада, что ты вернулась в Англию, и что тебе не нужно будет носить монастырскую робу! Теперь мы можем навещать друг друга так часто, как только сможем, — примиряющим тоном сказала Альенора, решив, что Бригида может считать, что ей угодно, да и ведь воспитание у них было разное. Бригида невиновна в том, что ее родители с самого детства внушали ей всякую чепуху и затуманили ее разум библейскими наставлениями.

— Все случилось так внезапно, что мне трудно поверить в то, что все это не сон, — мягко улыбнулась Бригида, также поняв, что лучше не заводить с Альенорой беседу о том, что так ей не душе. Она принимала подругу такой, какой она была: сильной, волевой и амбициозной. Без всех этих качеств Альенора была бы не Альенорой, а кем-то другим. — За два дня до моего подстрига в наш дом постучали, и, когда служанка доложила мне, кто был этим неожиданным гостем, я не знала, что и думать… Столько темных мыслей пронеслось в моей голове! Мне казалось, лорд Тьюри, отец Вильяма, приехал, чтобы передать мне печальные вести о моих родителях, но вместо этого он сказал, что Вильям нуждается в хорошей супруге, и что я как никто лучше подхожу ему в этом… Он поинтересовался, сколько золота твой отец выплатил мне, как вдове Филипа, и, узнав точную сумму, сказал, что этого вполне достаточно, чтобы устроить наш с Вильямом брак, если, конечно, я дам свое согласие. — Девушка протянула подруге свою ладонь, и та крепко сжала ее. — И тогда я поняла, что это милосердный Господь прислал его. Господь решил подарить мне семейное счастье… Вновь, — застенчиво добавила она.