Книга В тени, страница 110 – Анна Морион

— Как скажете, моя леди, — смиренно сказала Альенора и, сделав глубокий реверанс, бесшумно покинула покои.

В душе девушки, как и в душе ее леди, горел яростный костер ненависти к французам, Екатерине и всем глупцам, которые приносили леди Болейн огорчения и считали ее бабочкой-однодневкой. Однако не только врагов Анны она сейчас ненавидела, но и ее возлюбленного: если бы он хотел жениться на леди Болейн, то уже давно бы избавился от Екатерины, которая упрямо и цепко держится за свой трон и не желает уступить свое место покорно и с достоинством. Вместо того, чтобы принять решение короля и понять свою вину, Екатерина заявляет, что одна была, есть и будет королевой Англии и супругой Генриха… А тот все не может ее усмирить… Ведет себя, как робкий мальчишка! Настоящий мужчина твердо и навсегда избавился бы от такого ненужного тяжкого бремени!

«Сэр Уолш даже не смотрит на меня… Говорят, он и эта пресная мисс Клер скоро поженятся… — вдруг проскользнуло в разуме Альеноры, и ее сердце вдруг пронзила такая боль, что она поморщилась. — Но я дурно поступила с ним… Мне нужно было сперва станцевать с ним, и только потом идти очаровывать мсье Блатона… Но, Господь милосердный, что это со мной? Я не влюблена в него! Влюбиться в этого собственника и невежду было бы мукой! Он обрядил бы меня в монашескую робу и запретил бы флиртовать с другими мужчинами… Пусть женится на мисс Клер! Они друг друга стоят!»

Мольбы леди Болейн были услышаны, и восемнадцатого мая начался официальный бракоразводный процесс, который, к великому сожалению Анны и Генриха, затянулся. Екатерина не собиралась мириться с решением супруга и написала письмо своим испанским и католическим защитникам в Европе. Она была любима английским народом, ее уважали как королеву и самую мудрую из женщин, так какие шансы имела против нее вспыльчивая и острая на язык мисс Анна Болейн, «шлюха короля»?

На первом заседании бракоразводного процесса, который, как рассчитывали Болейны и король, пройдет быстро и безболезненно, Екатерина поставила ход конем: она объявила, что не примет решение английского суда, и единственным, чью волю она примет, был сам Папа Римский Климентий Второй. Оскорбленная до глубины души, гордая испанская принцесса яростно сопротивлялась желанию супруга избавиться от нее, и это сопротивление приводило двух главных зачинщиков этого развода в ярость.

Европа во всем поддерживала Екатерину, ведь всем было очевидно, что Генрих желает избавиться от нее не из вдруг вспыхнувшего в его душе чувства религиозной неправоты (он взял в жены жену брата, а ведь Библия запрещает это), но из эгоистичного и неслыханного решения жениться на мисс Болейн. Над Генрихом насмехались, его сумасшествие и непреодолимую страсть к молодой юбке поднимали на смех, его поступки обсуждались в каждом европейском замке. Английский народ сочинял об Анне Болейн грязные песни и ненавидел ее. Она была невероятно непопулярна. Казалось, горестям Генриха и Анны не было конца, но они стойко держались и настаивали на своем, в то же время устраивая козни против Екатерины и намеренно очерняя ее имя сплетнями и ложью. Но народ было не обмануть: люди помнили доброту и щедрость Екатерины и признавали своей законной королевой именно ее, отчего ее супруг и его возлюбленная кусали губы и гневались, проклиная упрямство Екатерины Арагонской.