Книга Мышка, страница 107 – Алла Каргина

В связи с малочисленностью гостей было принято решение накрыть круглый стол. По обеим сторонам от жениха и невесты сидели подружка невесты и шафер соответственно, рядом с Кейт — Алана с Заком, далее Робби, рядом с которым восседал (иначе и не скажешь) красавец-виконт со спутницей и Мэгги с дядей Лансом. Его посадили рядом с преподобным Хоккинсом, венчавшим пару, что не прибавило ему хорошего настроения. Святой отец прибыл на свадьбу в сопровождении жены, севшей рядом с Патриком — таким образом, круг замыкался.

Шеф Зоган был на высоте. Свадебный обед, а судя по времени и количеству блюд, это был скорей обед, чем завтрак, превосходил все ожидания гостей. Разнообразие салатов, закусок, паштетов, супов и прочей снеди удовлетворило бы самого требовательного гурмана. Но с аппетитом ели только Робби да святой отец с супругой. Когда последние закончили уплетать суп с угрем и перешли к тушеной баранине, столь любимой шотландцами, Питер, уставший отвечать на многочисленные вопросы пары, касавшейся всего, включая размера жалованья его повара, улучил момент и шепнул жене:

— Уверен, человек, придумавший свадебное застолье, не любил жену.

Кристина, делающая в это время глоток шампанского, вопросительно подняла бровь. Питер, мучительно желающий поцеловать жену, позволил себе то единственное, что мог — осторожно погладил кусочек платья, касавшийся его бедра:

— Что за нелепый обычай? Молодожены после церкви должны уединиться, а гости пусть едят дома. Можем дать им продуктов с собой. Введем новую традицию?

Она попыталась скрыть улыбку:

— Этот обычай, милорд, ввел мужчина, очень любивший свою жену. Он не хотел ее смущать. Иначе все бы поняли, куда и, главное, чем заниматься жених ведет невесту.

Питер еще ближе подался к жене:

— То есть ты считаешь, что у кого-то из сидящих за этим столом есть сомнения, чем мы будем заниматься сегодня ночью?

Кристина густо покраснела.

Это не осталось не замеченным гостями, и Мэгги не удержалась от комментария:

— Кристина, дорогая, ты так покраснела. Тебе жарко?

Отвечать Кристине не пришлось — ее «любезно выручила» подруга Мэгги, представившаяся Шарлоттой:

— Что ты, Мэг. Просто наша невеста волнуется. Ей предстоит брачная ночь, а у милорда Солтлейна слава ходока — наверно, боится не соответствовать. У вас ведь нет нужного ему опыта, миссис Девенпорт? Не то чтобы это был недостаток, но не всем мужчинам нравятся неуклюжие, робкие попытки…

За столом воцарилось молчание. Алана в ужасе переводила взгляд с Шарлотты на Мэгги и обратно. В предвкушении скандала у сэра Ланселота загорелись глаза.

Кристина почувствовала волну ярости, исходящей от Питера. Она успокаивающе погладила его руку, непроизвольно сжавшуюся в кулак.

А вот и команда дяди Ланса. Она что же, думает, что я устрою сцену? Расплачусь или нечто подобное…

Кристина рассмеялась и наклонилась в сторону Шарлотты, сидящей напротив:

— Ну что вы, дорогая. Питер слишком мужчина, да и двадцать первый век давно наступил. Но вам в вашем возрасте комфортнее оставаться в двадцатом, я понимаю.

Сорокасемилетняя Шарлотта задохнулась от негодования. Понявшая, на что намекала дочь, Алана охнула и прикрыла рот салфеткой. Зак, пряча улыбку, зашептал ей на ухо что-то успокаивающее. Полная негодования Мэгги набрала в грудь воздуха и собралась выдать гневную тираду, когда ее перебил спокойный голос Николаса Аттенборо: