Книга Операция «Анти-вуду», страница 1 – Анастасия Дробина

А как хорошо начинались выходные! Душа радовалась… Накануне, в пятницу, на совещании у Юльки Полундры всей компанией постановили, что Натэлу давно пора ставить на лыжи.

— Граждане, середина декабря! — Полундра рубила рукой воздух, и ее рыжие волосы воинственно вставали дыбом. — Новый год на носу! Все восьмые классы рассекают давно! Атаманова нашего на районные соревнования выдвинули! А Натэлка еще на лыжах не стояла ни разу! Отличница называется! Хорошо еще, что заболеть в ноябре повезло, да еще две недели освобождухи, а теперь?! Как всегда, до последнего дотянули!

— Но я не умею на них кататься! — Натэла Мтварадзе с ужасом смотрела на друзей. — У нас в старой школе был бассейн, я плавать хорошо умею! А на лыжах никогда не стояла даже! О-о-о, у меня теперь будет двойка по физре, кошмар! По физре! Двойка!!! Бабушка не переживет!!!

В том, что бабушка Натэлы, дама железобетонного характера, переживет не только внучкину двойку, но и конец света, не сомневался никто из друзей. Но что-то делать все равно надо было.

— Пойти на наш стадион и покататься! — сурово заявил Серега Атаманов. — Делов-то! Там и лыжня давно нарезана!

— Я нэ буду позориться на-а глазах всей школы! — вздернула подбородок Натэла. В ее речи прорезался акцент, что говорило о крайнем волнении.

— Ну-у-у… Можно в Кузьминки поехать, там нас никто не знает! — предложила Юлька.

— Народищу там по выходным… — нахмурил брови Атаманов. — Вся Москва катается, будем только под ногами у людей путаться…

— Поедем вечером! — пожала плечами Белка Гринберг. — В Кузьминках по вечерам хорошо, фонари… Вальсы Штрауса играют…

— Гринберг, ей не Штраус твой нужен, а ездить научиться! — рассердился Атаманов. — А если мы вечером приедем, то уже через полчаса возвращаться надо будет! А за полчаса Натэлка только лыжу сломать успеет! Батон, ты что молчишь, как неродной?! Предложения будем двигать?!

Андрюха Батон, с увлечением поедавший огромный бутерброд с колбасой, поперхнулся, проглотил непрожеванный кусок, выпучил глаза и выпалил:

— К Пантелеичу! В Михеево! На все выходные! Заодно дров ему из лесу привезем…

В комнате воцарилась тишина.

— Батон, ты гигант! — уважительно сказала Полундра. — Вот что значит — правильно питаться! Братва, у кого валенки есть?!

К Батонову дедуле в деревню Михеево собрались все вместе, впятером. Приглашали и Соню — старшую Белкину сестру, студентку консерватории, но у той вовсю шли репетиции новогоднего концерта. Отрываться от родимого рояля старшая Гринберг не пожелала. Но мысль о том, что тринадцатилетние дети отправляются невесть в какую глушь, лазить по лесу, в котором бродят волки и медведи, повергла Соню в панику. Напрасно Батон твердил, что медведи зимой спят, а последний волк в Михееве был замечен еще при советской власти. Соня и слышать ничего не желала:

— Знаю я вас! Вы там всех медведей перебудите! И они вас съедят! А что я потом маме скажу?! Она на Новый год прилетает из Вены, и Белка должна быть целая и невредимая! И вы все тоже! В общем, дети, или с вами едет кто-нибудь из взрослых — или вообще никто никуда не едет!

Полноценного взрослого за полдня добыть не сумели: у деда Полундры были лекции в Военной академии, у папаши Батона — вечерние смены на хлебозаводе. Пришлось Соне скрепя сердце согласиться на Полундриного старшего брата. Ему Соня тоже доверяла с трудом, несмотря на то что уже полгода считалась Пашкиной любимой девушкой.