Книга Полынь – сухие слёзы, страница 84 – Анастасия Дробина

— Что вам здесь нужно? – послышался сердитый голос, и из голубятни высунулась встрёпанная голова Сергея. Скомканную фуражку он держал в руке, рукав холстинной рубашки был испачкан голубиным помётом.

— Я ищу Колю, он не у вас?

— Нечего Кольке делать здесь! – Сергей, недоверчиво сощурившись, поглядел на Веру. – На что вы смотрите?

— На ваших птиц. У вас замечательные турманы, – заметила Вера, не сводя взгляда с рыжего красавца, совершавшего виртуозные сальто-мортале над самой крышей голубятни. – Вот этот, кажется, делает сразу три оборота?

— Да, в самом деле! – хвастливо подтвердил Сергей, презрев лесенку и лихо спрыгивая с трёхаршинной высоты на траву. – А вы понимаете в голубях, мадемуазель?

— Мой старший брат в Москве их очень любил и держал голубятню… Да где же Nikolas? Вот-вот польётся дождь…

— Сидит где-нибудь в сирени, весь в стихах и соплях! – презрительно усмехнулся Сергей. – Вам же приспичило морочить ему голову россказнями!

— Nikolas очень разумный мальчик, у него пытливый ум, – сдержанно сказала Вера. – Я рада, что могу ему помочь.

— Дурак он набитый, и вы – дура! – неожиданно выйдя из себя, выкрикнул Сергей. Синие глаза его потемнели, он смотрел на Веру с неприкрытой ненавистью, весь подавшись вперёд, словно изготовившись для драки. Растерявшись и не понимая, что спровоцировало эту метаморфозу, Вера не сразу нашлась с ответом, а через мгновение её возмущённое «Вы несносны, Серж!» заглушил вихрь в полотняной курточке и выцветших штанишках. С треском вылетев из кустов, Коля толкнул старшего брата обеими руками в грудь.

— Ты… ты не смеешь! Ирод! – отчаянно, со слезами выкрикнул он.

— Кто не смею – я? – неприятно усмехнулся Сергей и сильным ударом отправил Колю обратно в кусты. Тот вскрикнул жалобно и гневно, упав на спину. Сергей кинулся к нему с кулаком на замахе, но тут уже Вера окончательно пришла в себя и перехватила этот кулак.

— Прекратите немедленно!

— Пошла прочь! Нищая мерзавка! – выругался мальчик, дёргая руку. Но Вера, хоть и с трудом, всё же удержала его.

— Ос-та-но-ви-тесь, Серж! – отчеканила она, разозлившись уже по-настоящему и стиснув локоть Сергея так, что тот сморщился от боли. – Меня вы можете оскорблять, как вам вздумается: мне это, право, всё равно. Я видела детей и грубее, и глупее вас, удивить меня вы никак не сможете. Но если вы ещё раз ударите брата, я немедленно пойду и пожалуюсь вашему отцу!

— Пустите… фискалка! – с перекошенным лицом выпалил Сергей и рванулся изо всех сил. Вера, не сумев удержать, выпустила его руку, покачнулась, чудом не упав, – и Сергей тут же кинулся к сидящему на земле Коле. Вера бросилась за ним… и остановилась, внезапно с налёту ударившись головой о чей-то живот. Она испуганно выпрямилась. Перед ней стоял князь Тоневицкий – в охотничьей куртке, перемазанных грязью сапогах и с ружьём.

— Боже мой… – пробормотала Вера. – Простите, ваше сиятельство…

— Станислав Георгиевич. Мы ведь условились, – спокойно напомнил он, не глядя на Веру. Синие холодные глаза князя были устремлены на сыновей, и, повернувшись, Вера увидела, как бледнеет лицо Сергея, вытянувшегося перед отцом и неловко одёргивающего подол испачканной рубашки.

— Ступай к себе, – коротко бросил сыну князь. У мальчика дрогнули губы, но он ничего не сказал и, повернувшись, медленно пошёл к дому. Коля, вскочив, с мольбой посмотрел на отца.