Книга Мы странно встретились, страница 24 – Анастасия Дробина

— Просыпайся, недостреленный, господа уж встамши!

Рядом с ней завозилось, чихнуло, выругалось — и Северьян поднялся из скирды во весь рост, скребя голову и чихая от трухи. Увидев вытаращившую глаза Софью, он без капли смущения сказал:

— Так что извиняемся. — Натянул через голову рубаху и вопросительно взглянул на Владимира. Тот в свою очередь посмотрел на Софью и, неуверенно откашлявшись, сказал:

— Софья Николаевна, вам пора отправляться.

— Да, вы правы, — поспешно сказала она. Встала, неловко придерживая на себе отсыревшую, слишком большую для нее мужскую одежду… и тут же села снова, с досадой сказав:

— Вы же видите, Владимир Дмитриевич, в этом я и трех шагов не сумею сделать.

Северьян заржал было, но под взглядом Владимира осекся и принялся глубокомысленно скрести лохматый затылок. Марфа сердито покосилась на него, подумала и сказала:

— Одевайтесь лучше в мое, Софья Николавна. Оно, конечно, тоже вам велико, но все хоть бабская сбруя, а не эти порты. А я как раз их надену, мне сподручнее.

— Вот это верно, — одобрил Владимир. — Что ж, дамы, переодевайтесь, а мы понемногу соберем пожитки. Наверняка в Грешневке уже хватились и нас.

Через полчаса, когда солнце уже высунуло красный бок из-за леса, на большой дороге, ведущей в город, они простились. Софья, чувствующая себя очень глупо в широченной домотканой юбке, вылинявшей кофте и накинутом на плечи драном платке Марфы, протянула Владимиру мокрую, холодную руку.

— Что ж… прощайте. Вы сейчас в Грешневку?

— Как условились. — Владимир держал в руках свернутое в валик платье Софьи. — Постараемся поднять побольше шума, чтобы все поверили в ваше… м-м… утопление.

— Только Катю, Катю предупредить не забудьте! — волновалась Софья. — У нее несносный, дикий характер, она бог весть что выкинуть может! Прямо сразу же шепните!

— Я обещаю, — Владимир осторожно пожал ее руку. — Вы же, со своей стороны, постарайтесь не задерживаться, садитесь на первую же попутную телегу и марш-марш — в Калугу! Тех денег, которые я вам дал, должно хватить на дорогу и на первое время. Не потеряйте письмо к Чаеву!

— Разумеется… — Софья осторожно высвободила свои пальцы из ладони Владимира. — Спасибо вам, Владимир Дмитрич. Прощайте.

— До свидания, — серьезно поправил он. — Поверьте мне, Софья Николаевна, мы еще увидимся. Моей службе у Мартемьянова скоро конец, и, видит бог, я вас найду. Чего бы мне это ни стоило.

Серые светлые глаза посмотрели на Софью в упор, без улыбки. Она опустила взгляд, чувствуя, как горячеют скулы. Поспешно сказала:

— Прощайте. — И, не оглядываясь больше, быстро пошла по светлеющей дороге. Марфа, сговаривающаяся о чем-то на обочине с Северьяном, прервалась на полуслове, вскинула на плечо ружье и, похожая в мужской одежде на толстого невыспавшегося рыжего парня, споро затопала следом.

— Ну, брат, твой выход, — сказал Владимир, часом позже подходя вместе с Северьяном к покосившимся воротам грешневского имения. — Давай уж от души, не подкачай.

Северьян солидно кивнул, взял из рук Владимира высохшее платье Софьи, прокашлялся… и вдруг, подняв, как знамя, платье над головой, с места взял в карьер и ворвался в ворота таким галопом, словно за ним гналась стая волков.

— Барышня утопи-и-и-илась!!! — От истошного поросячьего визга, извергнутого Северьяном, у Владимира зазвенело в ушах. Он досадливо поморщился и, вовремя спохватившись, что и ему надо бы изобразить волнение, помчался за Северьяном.