Книга Креолка. Тайна аристократки, страница 96 – Шерил Сойер

Айша, внимательно глядя на собравшихся, уклончиво отвечала на вопросы мадам. Она сказала, что приехала из Орлеана, что у нее нет родителей (заметив при этом удовлетворенный взгляд хозяйки), а в Париже хочет стать служанкой короля.

— Все, что ты мне рассказала, — заметила мадам, когда в соседней комнате притихли веселые голоса, — не вяжется с твоей манерой речи. Ты говоришь, как барышня, только что вырвавшаяся из-под опеки гувернантки. Служанки так не говорят.

— Одно время я работала в большом доме, — ответила Айша, вспомнив короткое и тревожное время, когда была горничной у хозяина.

— И кроме того ты ничего не вспомнишь? — Мадам улыбнулась. — Не хочешь ли проводить время, как мои милашки?

Она бросила взгляд в другую комнату.

Айша тоже посмотрела туда и увидела нечто новое: руки мужчин уже либо добрались до коленей девушек, либо проникли им под юбки. Девушки что-то шептали кавалерам, слегка пощипывая их. В это вечернее время после хорошего ужина молодые люди разделились на пары; их глаза блестели под опущенными ресницами, а приоткрытые губы улыбались. Айша вздрогнула, поняв, что этих девушек продают каждую ночь. Вероятно, так же с ней поступил бы ее хозяин. Но здесь над ними властвовала женщина. Она гневно ответила мадам:

— И стать вашей рабой?

Мадам рассмеялась, затем поманила к себе худощавую горничную:

— Приведи сюда Нанетт. Немедленно. — Она с изумлением посмотрела на Айшу. — Ты так и не догадалась, куда попала?

— В дом терпимости?

Заметив, как дрожит голос Айши, мадам улыбнулась. Появилась растерянная Нанетт.

— Если молодой месье Монтрей не нравится тебе, только скажи мне, — вкрадчиво начала мадам. — Думаю, его надо немного приободрить, как по-твоему?

Нанетт кивнула, казалось, она дуется.

— Как поживают твои родители в Клиши?

— Хорошо. Спасибо, мадам.

— Скажи мне, Нанетт, если бы я предложила тебе — предложила — собрать вещи и вернуться к ним, что бы ты ответила?

Нанетт затаила дыхание и побледнела.

— О, мадам!

— Я беседую с нашей новой подругой. Ей хотелось бы узнать, что ты предпочтешь. Остаться здесь или вернуться домой в Клиши?

Нанетт с неприязнью взглянула на Айшу и умоляюще на мадам Парис.

— Мадам, это мой дом. Если я уйду отсюда, в Клиши я увижу лишь протянутые за деньгами руки. Мадам, вы ведь не отошлете меня?

— Дорогая, я хотела узнать твое мнение, а теперь возвращайся назад и веселись. — Нанетт сделала реверанс и удалилась. Мадам проникновенно обратилась к Айше: — Здесь я не потерплю разговоров о рабстве. Мои девочки зарабатывают хорошие деньги и гордятся этим. Каждый молодой человек платит по двенадцать ливров за ужин в их обществе и в два раза больше, если остается на ночь. После того как я вычитаю расходы на содержание этого дома, они получают свою долю, не сомневайся. Многие из них доверили мне хранить свои небольшие сбережения. Это предприятие, девочка, и не говори столь высокомерно о публичном доме. Посмотри на них, разве это не загляденье? Видишь Мари, ту высокую во главе стола: пару лет назад сюда приходил один итальянский аристократ, она так понравилась ему, что он не отпускал ее от себя целую неделю. Месье де Казанова постоянно хвалил ее, а он хорошо разбирается в этом, ибо красив как дьявол, а вдобавок умен. Если, по-твоему, мои девочки ведут непристойную жизнь, взгляни на них своими большими глазами.